— Никаких видимых изменений, за исключением возможности рожать дочерей без участия мужчины, — пожал плечами Ольд. Вид у него был недовольным. — Возможно, есть и что-то еще, но анай не подпускают никого к Источнику. Даже эльфам разрешено бывать там раз в три года и задерживаться не более, чем на сутки.
Кай обернулся через плечо на каверну. Лицо его было задумчивым.
— Я бы многое отдал за то, чтобы изучить, как устроен Источник, — проговорил он.
— Мы пытались, Черноглазый, — нехотя признался Игрид. — Все восемь лет, что минули со времен Великой Войны. Но мы не узнали ни на пядь больше, чем нам было известно, когда мы впервые увидели его.
— Хочешь нырнуть, каменорукий? — Улыбашка покосилась на край каверны, потом отступила от него на маленький шажок. — Может, Лиара опять тебя вытащит. Правда, ты потяжелее Рады будешь, так что вряд ли.
— Как ты это сделала? — Алеор взглянул на светозарную, прищурившись. — Ты была у входа в пещеру, а в следующий миг вы уже оказались в самом низу.
Все обернулись к искорке, и она неловко поежилась, потирая левую руку. Она всегда смущалась, когда на нее глазело сразу много людей.
— Я просто провалилась сквозь камень, используя эльфийские силы. А потом подхватила Раду и выбралась наверх.
— Как? — прищурился Алеор.
— Не знаю, — пожала она плечами.
— Это значит, что вы теперь тоже можете что-то вроде того, что делают анай? — подозрительно оглядела обеих Улыбашка.
Рада внезапно ощутила, как разгораются щеки. Хорошо, что здесь было темно, и приглушенные отсветы Источника не позволяли друзьям рассмотреть ее лицо. Весь последний месяц они только и делали, что пытались выжить и не пострадать, и бесконечное желание, возникающее, когда Лиара была рядом, немного отступило под давлением страха и усталости. Но теперь, после слов Улыбашки, оно вновь вернулось, а к нему добавились и новые мысли. Получается, теперь она может забеременеть, если мы… если… Или я могу. Но как это происходит? Рада внезапно ощутила укол тревоги. Не то, чтобы она не хотела детей от искорки, она и не думала раньше о такой возможности вообще, но теперь стоило задуматься. Что если она сделает что-то не так, когда они будут вместе, и искорка все-таки забеременеет? Или для этого нужны какие-то определенные условия? И если забеременеет, то захочет ли она этого? Хочет ли этого сама Рада? Боги, я своим-то двум детям была отвратительной матерью, неужели же у меня получится быть матерью ее детям? Нашим детям… Дальше уже мысли заметались совсем безумно, наталкиваясь друг на друга, путаясь. А уши Рады горели все сильнее, сильнее, словно два светоча, какие зажигал под вечер ильтонец, только не белые, а алые. И на искорку или друзей поднять глаза она была просто не в состоянии.
Пауза затягивалась, друзья молча разглядывали их с искоркой, и Раде буквально захотелось сквозь землю провалиться, но выручил ее, как ни странно, Алеор.
— Думаю, это не имеет для нас ровным счетом никакого значения, — безразлично пожал он плечами. — К тому же, мы все равно не узнаем этого. Я намерен распрощаться с вами со всеми как можно скорее, при первой же возможности, иначе у меня опять возникнет спонтанное желание удавить кого-нибудь из вас, и тогда уже это сделаю не я, а Тваугебир. В последнее время он снова начал напоминать о себе, так что чем скорее мы расстанемся, тем лучше. — Встряхнувшись, он взглянул на Кая. — Что ж, друг мой. Что тебе нужно, чтобы завершить то дело, ради которого все мы сюда пришли? Можем ли мы чем-то тебе помочь?
Незаметно выдохнув, Рада осторожно подняла взгляд на друзей. Кай сейчас был единственным, кто не смотрел в их с искоркой сторону. Он стоял, полуобернувшись к Источнику, и задумчиво вглядываясь во что-то, видимое лишь ему. И молчал так долго, что Алеор уже открыл было рот, чтобы повторить вопрос, но тут ильтонец все же ответил:
— Не скажу, что мне понравится то, что я сделаю. Черный Источник очень опасен, если им завладеет кто-то, кто решит использовать его во вред окружающим. Да и вообще для любого ведуна, недостаточно обученного или с чересчур низким потенциалом. Я-то едва в состоянии находиться здесь: чувство такое, будто в любой миг я могу лопнуть от напора энергии, как мыльный пузырь. — Черноглазый Ольд бросил на Кая короткий взгляд и сразу же отвел глаза. Раде показалось, что что-то промелькнуло в этом взгляде. То ли почтение, то ли зависть, а может, и то и другое вместе. Оба ведуна держались рядом с Каем так, будто он был гораздо могущественнее их, возможно, так оно и было на самом деле. Ильтонец, не замечая этого, покачал головой, все так же разглядывая Источник. — Однако, просто уничтожить такую мощь, изолировать ее от мира — это кощунство. Такая сила, великая сила. С ее помощью можно воплотить даже самые дерзкие мечты, сделать невозможное возможным.
— Кай, ты прекрасно понимаешь, что это может сделать и Сети’Агон, — напомнил Алеор, испытующе глядя на него.
