Когда они добрались до неширокой тропинки, что вилась по склону горы прочь от становища вверх, к Плато Младших Сестер, Ная остановилась и внимательно оглядела остальных девушек.
— И помните: ни слова никому о том, что вы видели. Если расскажете кому-то, кто не участвовал в гадании, — ничего из увиденного не сбудется.
— Я никому не расскажу! — горячо покачала головой Вила. Вид у нее был решительным.
Лиара подозревала, что этот запрет продиктован не столько желанием исполнения видений, сколько страхом самой Найи, что Наставницы узнают о том, кто именно организовал данное мероприятие. И что Найе влетит по первое число, а весь ее ореол хорошей девочки моментально развеется. Но говорить о том, что она видела, она и так ни с кем не собиралась. Может, с Радой, да и то, Лиара еще не была в этом уверена. Почему ей показали эти глаза? Что это значило?
— Не забудьте о бересте, — напутствовала Ная. — И обязательно сожгите ее дотла завтра утром после пробуждения. Тогда все будет хорошо.
— Так и сделаю, — согласно кивнула Лиара. Оглядев подруг, она постаралась улыбнуться как можно искреннее: — Спасибо вам за то, что взяли меня с собой. Надеюсь, мы еще выберемся, когда будет время и повод.
— Обязательно! — решительно кивнула Ная. — А теперь пойдемте спать. И пусть Роксана хранит ваши сны!
Ная с Вилой направились вверх по тропе в сторону Плато, а Рей почему-то замешкалась, оправляя пальто и отряхивая его от невидимого сора. Лиара осторожно взглянула на нее, не зная, как ей себя вести. Девушка явно задержалась нарочно, видимо, хотела поговорить с ней о чем-то, что не касалось остальных подруг, и Лиара была абсолютно уверена, что знает о чем, и что совершенно точно не хочет это обсуждать. Но ты же не можешь бегать от этого разговора вечно. К тому же, ты сама говорила, что вы друзья. А друзья должны быть честны друг с другом.
Рей все медлила, пристально разглядывая собственный рукав так, словно на нем было невидимое Лиаре пятно. При этом Лиара видела, как упрямо сжаты ее губы и хмурятся брови. Ная с Вилой ушли уже достаточно далеко, да и самой Лиаре было прохладно. Все-таки ночи в горах, пусть и весенние, теплыми назвать язык бы не повернулся. Но развернуться и уйти она просто не могла, потому вздохнула, набираясь решимости, и повернулась к Рей.
— Ты хотела о чем-то поговорить со мной?
Ремесленница быстро подняла на нее глаза и сразу же опустила их вновь к своему рукаву. Вид у нее был донельзя неуверенный, а на лице боролось столько чувств, что Лиара не смогла бы в них разобраться, даже если бы от этого зависела ее жизнь. Наконец, выдохнув, Рей все-таки подняла взгляд и посмотрела ей в лицо.
— Да, Лиара, я хотела с тобой поговорить. — Глаза Рей сейчас были совсем темными, как ночь в середине зимы. И такими же холодными. — Я чувствую себя очень виноватой перед тобой. За это время ты стала мне дорогой подругой, и мне совсем не хочется обманывать тебя и врать тебе в лицо.
— Ты тоже очень дорога мне, Рей, — осторожно кивнула Лиара, боясь ненароком обидеть девушку.
— Я рада, если так, — лицо Рей сломала пополам горькая улыбка. — Но ты дослушай то, что я сейчас скажу. Мне надо это сказать, потому что молчать я уже просто не могу. И не имею права лгать тебе в лицо, притворяясь, что мы с тобой хорошие друзья, и что ничего между нами не происходит.
Лиара внутренне собралась, ожидая удара. По правде, Рей стала ей очень дорога за последнее время. Они вместе учились, вместе обедали, вместе хихикали над разной ерундой. Молодая Ремесленница рассказывала ей о быте и нравах анай, наставляла в культе, и Лиара чувствовала себя очень обязанной ей за все это. Но и по-человечески, просто потому, что Рей ей нравилась, Лиаре было жаль. Никто не был виноват в том, что Рада ей понравилась, и Лиара горько сожалела, что это испортит их отношения.
Собравшись с духом, Рей взглянула ей в глаза.
— Ты мне очень нравишься, Лиара.
— Ничего страшного, я все понимаю, она ведь очень красивая… — начала Лиара заготовленную фразу и осеклась. Смысл слов Рей очень медленно доходил до нее, словно с другой стороны мира. Лиара очумело заморгала, встряхнула головой, пытаясь понять, все ли она правильно расслышала. Судя по горящим глазам Рей, которые буквально дыры у нее в голове прожигали, расслышала она все-таки правильно. Но она решила уточнить. — Подожди, что?
— Ты очень нравишься мне, — хрипло повторила Рей, опуская глаза. Румянец цвел маком на ее щеках. — С того самого первого момента, как я тебя увидела. Вот только я знаю, что ты принадлежишь Раде, и мне так стыдно перед ней за свои чувства. И перед тобой тоже.
Лиара только бессловесно моргала, пытаясь понять, что сейчас происходит. Она-то думала, что все совсем иначе, готовилась к другому, и уж точно никак не ожидала, что все повернется именно таким образом.
