Энергии плыли и плыли вокруг, и когда она протягивала руку, закручивались у ее пальцев будто ручные. Сияние омывало ее со всех сторон, освежало, наполняло невесомой легкостью, отчего ноги так и норовили пуститься в пляс. Лиара выдохнула и расслабилась, отпуская свое сознание, позволяя ему растекаться вокруг, впитываться, как растворяется капля алой краски в кристально чистой воде.
Теперь она чувствовала и что-то третье. Серебристый свет звезд — сила Первопришедшей, сила Эрис, которая распространялась, наполняя все вокруг. Песня — сила Жриц, тех самых Поющих Земле Раэрн, что помогали восстанавливать сожженную во время войны Рощу Великой Мани. Но было и третье. Пульсация столь быстрая, что казалась статичной. Интенсивность солнца, сжатого в одну пылинку. Нежность настолько всеобъемлющая, настолько непобедимая, что никакая сила не смогла бы переломить ее. Лиара улыбнулась, всей собой потянувшись к этому ощущению, такому хорошо знакомому, такому нужному. Сила Великой Мани текла в воздухе, и воздух здесь был иным, не таким, каким она дышала во всех остальных местах.
Почему-то вспомнился тот миг над Огненной Землей, когда Рада вела их по золотому мосту сквозь вечность. Лиара смутно помнила, что воздух тогда показался ей совершенно иным, что его структура была иной и не напоминала то, чем они дышали каждый день. Более густая, насыщенная, более полная. Что-то похожее она ощущала и здесь, словно концентрация силы Великой Мани в этом месте была достаточной для физических изменений.
Лиара вздрогнула, резко остановившись. Что-то правильное было в промелькнувшей в голове мысли, что-то, о чем она не раз уже думала, что искала, чему посвятила долгие часы размышлений, медитаций. И вдруг это нашлось само, вот так, буквально по щелчку пальцев. Но что нашлось? О чем она только что думала?
Концентрация силы Великой Мани в одном месте, правильно, вот оно. Чем гуще сила, разлитая в одном месте, чем выше плотность этой силы, тем выше вероятность физического изменения самой среды. Лиара нахмурилась. Она не понимала, головой не понимала, но уже почти уловила, почти поймала кончиками пальцев разлетающиеся во все стороны мотыльки-мысли. Среди них был один ослепительно-белый, словно ландыш в ночи. Один правильный.
Она уже забыла, куда и зачем шла, все потеряло свое значение. Замерев в тенях посреди Рощи Великой Мани, укутанная в звездный свет и странную пульсирующую силу, которой здесь было пропитано все, Лиара отчаянно искала ответ на вопрос, который они задавали с Радой тысячи и тысячи раз. Вопрос, которого она даже не могла сформировать, которого не могла озвучить.
Сила Великой Мани, низведенная в материю напрямую, растворенная в ней. Не через посредничество кого-то, хотя поначалу, скорее всего, именно так и придется ее проводить, это и делает Эрис, к этому и стремится. Но если ее ввести напрямую, что изменится? Изменится ли сам закон существования всех разумных видов? Ведь не будет больше отдельно человеческого тела, леса, земли, деревьев на одной стороне, и энергии, духа, мира Богов, мира за Гранью, всего того, что называют нематериальным на другой. Но что тогда будет? Если они объединятся, если они станут одним целым, что тогда…
Глаза Лиары расширились в понимании, огромном и чистом, ослепившем ее молнией и перетряхнувшем все ее существо сверху донизу. Ненужная пустая кружка выпала из пальцев, а она стояла с открытым ртом и глядела, глядела перед собой широко открытыми глазами.
Не будет больше мира Богов где-то там, неведомого, в который большая часть людей и не верит. Не будет больше страдания внизу, в грязи и труде, в поте и страхе, в вечной смерти от болезни, старости, ножа или яда. Будет третье, новое, в котором человеческое тело станет божественным, в котором образуется нечто новое, нечто совершенно иное, чего еще никогда не было.
Она вдруг засмеялась, задыхаясь, широко открытыми глазами глядя вокруг, как в самый первый миг, как в первый день, в котором еще нет ничего, который только-только открыл свои глаза и глядит ими, не понимая, что это. Она засмеялась как ребенок, прижав ладошки к губам, ведь это было так просто, так смешно, так чисто. Эрис и Тиена хотели победить смерть. Свои тела они сделали каналами, по которым спускали силу Великой Мани в мир и концентрировали здесь, в этой Роще. Чтобы рано или поздно концентрация этой силы стала достаточной для того, чтобы произошло изменение. Это как если смешивать два разных напитка в одном стакане или растворять сахар водой. Настанет миг, когда это станет чем-то третьим, иным состоянием, в котором будет достигнуто единство. Нужно лишь, чтобы кто-то начал проводить эту силу сквозь себя.
— О, Боги! — прошептала Лиара, держась руками за грудную клетку, которую буквально распирало, почти разрывало золото. — Так вот почему мы здесь!
