— Что же касается того что обер-лейтенант Бахман не знал о приказе тот тут вина не оберштурмфюрера Шольке, поскольку он уехал в Вадленкур ещё до того как штаб обергруппенфюрера СС Дитриха успел его напечатать. Это было вызвано срочным изменением обстановки в угрожаемом районе, что довольно часто случается в ходе интенсивных боевых действий. Как выяснилось, после документального оформления приказа штаб полка в течении ночи одиннадцать раз пытался связаться со штабом гарнизона Вадленкура под командованием обер-лейтенанта Бахмана. Это подтвердили своими показаниями два радиста из штаба полка, лично передававшие позывные «Лейбштандарта», а также начальник связи. Но ни на один вызов рация гарнизона города не ответила! Почему? Ответ прост — потому что радист роты под командованием вышеназванного обер-лейтенанта за пару часов до первого вызова пошёл умыться к реке, поскользнулся и упал в воду вместе с рацией за спиной. К сожалению, аппарат вышел из строя от попадания внутрь воды, о чём радист, Максимилиан Штельмахер, к счастью выживший, немедленно доложил своему командиру и получил взыскание в виде наряда. Его инициатива немедленно съездить в Седан и получить там новую рацию, или же попробовать отремонтировать пострадавшую от воды, было отвергнуто обер-лейтенантом в грубой форме, цитирую: «Решил в городе погулять и избежать наказания? Думаешь, я не понял что ты задумал, скотина? Ничего не случится за ночь, завтра съездишь! А теперь пошёл вот отсюда, тупой болван!» При этом обер-лейтенант Бахман, по свидетельству всех своих солдат, кто смог выжить после обороны города, был сильно пьян. Таким образом рота, расквартированная в качестве гарнизона Вадленкура, в решающий момент осталась без связи и не смогла начать подготовку к обороне.
После того как Крамер ненадолго замолчал Гюнтер, внимательно слушавший некоторые неизвестные ему подробности, только головой покачал, удивляясь тупости Кристиана. Уму непостижимо, подразделение осталось без связи а их командира это нисколько не заботит! Как же, у него ведь день рождения! Да, радист тоже виноват, пусть и неумышленно, но если бы Бахман сразу отпустил его в Седан тот успел бы отремонтировать рацию и принял приказ. Но нет, наплевательство и высокомерие к подчинённым сыграли с ним злую шутку. Ладно, с этим понятно, но почему… Впрочем, на едва оформившийся у него вопрос унтерштурмфюрер сразу дал ответ.
— Убедившись что гарнизон города не отвечает на вызов, штаб полка решил связаться с Седаном и через него передать сообщение… — продолжил эсэсовец свой занимательный рассказ. — Но, как оказалось, вся связь гарнизона Седана велась только посредством проводного телефона, поскольку штаб подразделения, к которому относились комендант майор Альтман и его люди, не выдал им достаточно мощную радиостанцию. А провода эти периодически рвали оказавшиеся в нашем тылу отступающие части противника или враждебно настроенные местные жители. Поэтому этот вариант отпал. Затем постарались связаться с самим оберштурмфюрером СС Шольке через его командную машину, но также потерпели неудачу из-за того что часть антенн броневика, согласно рапорту чудом выжившего командира машины, была снесена когда они ночью прорывались сквозь вражескую колонну. Далее, этот командный броневик был уничтожен уже в городе, до того как экипаж успел починить антенну, из-за чего связь с разведчиками оберштурмфюрера СС Шольке так и не была установлена.
Вот оно что! Точно, Гюнтер вспомнил этот момент… Действительно, было такое. Командир «263» в пути доложил ему что антенны повреждены и обещал отремонтировать их в течении часа после прибытия на место, если сумеет найти нужные запчасти. Но потом начались срочные работы по укреплению обороны, на которых бросили и экипажи броневиков, затем бой, поэтому дальнюю связь так и не успели восстановить… Прямо-таки настоящий «закон Мэрфи», всё что могло случиться, чтобы не дать установиться нормальной связи между ним и Дитрихом, то и случилось… Вот чёрт! А ведь Крамер не упомянул что Гюнтер всё-таки связывался с Дитрихом на узле связи Седана, после разговора с майором Альтманом! Что это? Он не знает или же намеренно умолчал об этом факте, который не в пользу Шольке? А может знал и заранее предупредил связистов чтобы в случае чего придерживались этой версии? К счастью, похоже, председатель трибунала и Бахман тоже не имеют понятия о том что было в Седане, иначе…
— Исходя из вышесказанного не вижу оснований обвинять оберштурмфюрера СС Шольке в самоуправстве, поскольку он действовал не только сообразно сложившейся обстановке но и строго по приказу! — говорил Крамер, глядя на насупившегося майора. — Почти вся вина лежит на обер-лейтенанте Бахмане, который проявил преступную беспечность и наплевательское отношение к своим прямым служебным обязанностям по обеспечению безопасности подразделения. Я не буду делать упор на употребление им спиртных напитков во время службы, это не имеет прямого отношения к делу, но призываю тщательно учесть все те нюансы которые я вам изложил, господа!
