Вот же засранец! Зная Йохана Гюнтер был почти уверен что тот так и сделает если он не переубедит его. Приказать? По званию они равны, Пайпер не его подчинённый, тем более главная задача почти выполнена. А плюнуть и уйти одному, бросив того в одиночестве рисковать жизнью… Нет, это в любом случае будет не в его пользу, независимо от того что случится с Йоханом. В полку пойдут слухи что Гюнтер бросил товарища одного, а тот погиб… или оказался ранен… или просто бросил из-за собственной трусости. Нет, такие слухи ему явно не нужны, да и помощь Пайпера против будущих козней рейхсфюрера ему пригодится. В конце концов, можно же просто выслушать?
Он принял решение, отдал Рауху приказ, и громила-огнемётчик быстро пропал в темноте, неся на плече так и не пришедшего в себя капитана Мортона. А два оберштурмфюрера отошли от вражеской траншеи метров на пятьдесят и улеглись на землю.
— Говори, что ты там опять напридумывал? — со вздохом сказал он, тоскливо поглядывая на запад. Раух уже наверняка скоро будет в своих окопах а Гюнтер, по вине своего неугомонного товарища, лежит на нейтральной полосе и уговаривает того бросить ребячество. — Только учти, если мне не понравится то мы сразу вернёмся.
— Договорились! Я предлагаю вот что… — Йохан, судя по голосу, явно воодушевился. — Мы сейчас повторим наш путь назад, к той зенитке. И взорвём её! За такое можно смело получить награду, точно тебе говорю! О нас будет говорить весь полк!
— Ты спятил⁈ — ошарашенно спросил Шольке, пытаясь разглядеть в темноте лицо Пайпера. — Зачем нам всё это нужно? Ради какой-то висюльки лишний раз рисковать жизнью? Мы едва не попались два раза, ты хочешь попробовать это сделать в третий? Нет, я запрещаю! Идём за Раухом, это плохая идея!
— Гюнтер, не горячись… — товарищ не терял надежды переубедить его. — Дело даже не в висюльках, пойми! Утром танкисты пойдут на штурм, эта длинноствольная дура наверняка подобьёт кучу наших машин прежде чем её уничтожат! Ты же сам видел, это почти копия нашей «восемь-восемь»! Пленник сказал что всего тут шесть таких орудий, значит останется пять! Чёрт, да парни из панцерваффе зальют нас шнапсом когда узнают что мы для них сделали!
— Не говори ерунды! Мы нанесём эту позицию на карту и артиллеристы утром разнесут её в клочья! — упорствовал Шольке, не собираясь снова ходить по лезвию ножа. — Мортон наверняка расскажет остальное, и твоя неуместная инициатива не понадобится! Что с тобой такое, Йохан? Какая муха тебя укусила? Я, конечно, знаю что ты любитель всяких проделок но это уже чересчур! Запомни главное правило разведчика: Тихо пришёл — тихо ушёл! Любой шум это потенциальный провал операции.
— Говоришь словно зануда Байер… — пробурчал Пайпер, вспомнив одного из инструкторов школы СС в Бад-Тёльце, строгого и насквозь пропитанного уставными репликами. — Прямо повеяло сонливостью.
Почти все курсанты-эсэсовцы любили его занятия, но вовсе не потому что он был так красноречив. Секрет был прост: Байер настолько увлекался своими словами что весь учебный час говорил и говорил, насколько важен устав и как тщательно его следует соблюдать в любое время и месте службы. В результате больше всех приходилось отдуваться тем кто сидел впереди, они вынуждены были внимать его нравоучениям и изображать усердие. Зато остальные курсанты, сидевшие сзади, беззастенчиво этим пользовались и спали, скрываясь за высокими и широкоплечими товарищами. Учитывая какие каждодневные нагрузки выпадали им благодаря усилиям других инструкторов то занятия у Байера считались настоящим часовым отдыхом. Впрочем, на этих занятиях свято соблюдалась ротация, чтобы все могли хоть немного отоспаться по очереди. Сегодня одни сидят впереди а другие сзади, завтра уже наоборот.
— Всё, разговор закончен, Йохан! Я не собираюсь участвовать в этой авантюре и тебе не позволю! — вышел из себя Гюнтер и вскочил на ноги, совсем забыв где находится. — Мы возвращаемся, это приказ командира группы!
Неизвестно что бы ответил на него так же вставший во весь рост Пайпер, это так и осталось в тайне. Потому что в следующую секунду случилось то что они никак не ожидали. Буквально в нескольких десятках метров, скорее всего, из той траншеи которую они преодолели в оба направления, взлетела осветительная ракета и, искрясь, залила всё вокруг своим мертвенным светом!
Застигнутые врасплох офицеры, задрав голову вверх, проводили её взглядом, прежде чем осознали одну простую истину. Ракета не могла взлететь сама по себе, её кто-то запустил. А значит как минимум один британец сейчас бодрствует и наверняка может заметить двух идиотов смотревших в небо. Эта мысль, видимо, пришла к ним одновременно, потому что они разом опустили головы, переглянулись и устремили взгляд на вражеские позиции… где отчётливо виднелась голова в такой же каске что и у них!
— Эй, вы кто такие⁈ Что вы там… О, чёрт, это же гансы!! Тревога!!! Нападение!! — все эти реплики, судя по голосу, издал тот самый курильщик, который неизвестно где был и хрен знает откуда появился, пока они тут спорили.
