Но в два часа ночи их подняли из-за того что примерно в миле севернее внезапно поднялась суматошная стрельба, нарушив спокойную ночную тишину, изредка прерываемую пулемётными очередями. Когда сам лейтенант и его рота выбежали из нор и укрытий, заняв позиции на своём участке укреплений, то увидели в том направлении множество взлетевших осветительных ракет. Грохотали пулемёты, то и дело через листву деревьев и кустов было видно как иногда вздымаются на нейтральной полосе небольшие взрывы от работы миномётов. Поневоле пришла мысль что немцы, вопреки своей привычке, решили начать атаку ночью. Поэтому, убедившись что все его люди с помощью Барнса и других сержантов находятся на своих местах, Юджин начал ждать когда из темноты появятся первые враги. Мысль об атаке только укрепилась когда лениво подала голос вражеская артиллерия.
Но артподготовка показалась ему какой-то странной. Питерс был на фронте уже не первый день и быстро понял что ведёт огонь одно, максимум два немецких орудия. Причём разрывы раздавались не на каком-то конкретном участке обороны а по всей площади. Вариант того что пушкари противника просто перепились он сразу отбросил как нереальную. Несомненно, какой-то смысл у такой беспорядочной и редкой стрельбы для врага был, но вот какой? Не давать им спать, например? Чушь! Это могли сделать они, англичане, или американцы, ради скуки… даже русские, славящиеся своей безалаберностью и наплевательством к казённому имуществу. Но точно не педантичные и бережливые немцы! У тех строгие инструкции и уставы, ни один германский офицер в здравом уме не позволит растрачивать снаряды из-за такого пустяка и стрелять куда попало! Так что тоже отпадает. Но что тогда?
Как бы то ни было но вот уже четыре часа сам Юджин и его люди находились в напряжении в траншеях, каждую минуту ожидая что огонь вражеской артиллерии усилится и появятся атакующие, чтобы застать их врасплох. За это время его заместитель по роте Барнс, неведомо каким образом всё разузнав, поведал ему из-за чего случился ночью переполох.
Оказывается, как это ни невероятно, в их тыл умудрилась забраться немецкая разведка! Каким образом хитрые «гансы» это сделали никто не знал. Все часовые были на месте, личный состав отдыхал прямо на позициях. Конечно, было темно, но ведь каждое подразделение регулярно освещало местность ракетами, и подобраться к ним вплотную, а уж тем более перебраться через окопы, было бы верхом безумия. Единственный вариант, которым бы воспользовался сам Юджин в таком случае, это просто проплыть по каналу под водой стык обороны с берегом и вынырнуть уже в тылу. Неизвестно использовали этот способ немцы или же изобрели что-то другое, но факт остался фактом… Они были здесь и ушли обратно!
Доказательства? Три найденных в кустах трупа из соседней роты, один живой но связанный солдат, и… бесследно пропавший офицер, один из помощников полковника Болсома. Тот посетил ночью их позиции и в свете ракет Питерс поразился насколько осунувшимся было лицо командира. Несомненно, такой пленный довольно много знал, а уж способов как заставить его говорить немцы найдут немало… Оставалось только поражаться такой наглости врага. Залезть в самую гущу войск союзников, умудриться не попасться и уйти обратно с ценным пленником! Должно быть это сделали настоящие профессионалы, так как сам Юджин даже не представлял какой храбростью и находчивостью надо обладать для совершения таких дел.
Это не в окопе сидеть, имея слева и справа боевых товарищей, тут нужна авантюрная жилка настоящего сорвиголовы. Осознание того что за Гитлера воюют умеющие нестандартно мыслить офицеры и солдаты угнетало лейтенанта, поскольку давало понять насколько трудно будет разгромить врага и победить рейх. Естественно, такие же бойцы есть и в английской армии, но где они сами и результаты их работы? Питерс не видел ни того ни другого. А эти парни тут очень бы даже пригодились…
На востоке, за спиной, появились первые лучи солнца и лейтенант протяжно зевнул, с трудом открыв тяжёлые веки. С обоих сторон до него доносилось сопение дремавших солдат и тихий говор тех кто не спал. Организм Юджина, которому не дали нормально выспаться ночью, упрямо пытался сделать это на позиции, но получалось не очень. Мешала чёртова пушка, стрелявшая через равные промежутки времени с поистине немецкой педантичностью. Четыре часа, ровно один выстрел в пять минут, БУМ и БУМ! Мозг, независимо от сознания, сразу после взрыва начинал мысленный отсчёт до следующего выстрела и никак не мог расслабиться.
