Пожилой мужчина с белой фуражке с пышной бородой, пробирающийся к мотору на корме. И женщина с мокрыми, распущенными волосами в дождевике, бинтующая одного из солдат. Сцена повторилась… Все британцы, будучи освещены лучом прожектора катера, застыли от неожиданности. Правда, хорошо видеть «шнелльбот» те вряд ли могли, отвернувшись или заслонив лица руками, чтобы не ослепнуть. Надо же, как они вовремя обнаружили беглецов! Тут не меньше пары взводов спасается, а может и рота, если судить по количеству тел. Хоть Аксель и не был армейцем но уж структуру Вермахта в основном помнил. А потом снова зарокотали пулемёты и зенитки, причём не только с его катера но и с поравнявшегося с ним Финка…
Это была настоящая бойня! Одна из первых очередей угодила прямо в женщину, смяв хрупкое тело и отбросив на сгрудившихся солдат. Впрочем, её судьба очень быстро постигла и других англичан, наверняка уже поверивших что они сбежали из дюнкеркского ада и скоро будут дома… Сотни пуль и десятки снарядов дробно били по ещё живой и шевелящейся массе врагов, отрывая им руки и ноги, выбивая из тел клочья формы и брызги крови. Пулемётчики его катера знали своё дело и быстро приноровились стрелять в условиях болтанки. Прямо на глазах Бонке не меньше десятка выживших «томми» спрыгнули в воду, поняв что это единственная надежда хоть как-то выжить.
Но, как оказалось, британцы не хотели умирать безропотно и попытались хоть как-то отомстить ему за свою смерть. С залитого кровью баркаса засверкали вспышки выстрелов и Аксель быстро пригнулся, выругавшись от удивления. Выходит, не все эти трусливые ублюдки побросали оружие на берегу? Судя по частоте огня по «шнелльботу» стреляли несколько винтовок и даже один пулемёт! Зубастый баркас ему попался…
Сверкнули искры рикошетов на корпусе катера, а в следующую секунду раздался звук бьющегося стекла и один из двух световых лучей, которые освещали вражеское судно, погас… Прожектор его «шнелльбота» разбит! Уму непостижимо как им удалось это сделать при такой скорости торпедного катера, да ещё и будучи почти ослеплёнными из-за света в лицо, но у них получилось! Теперь, благодаря этой роковой случайности, «S-15» лишился возможности действовать самому и вынуждая помогать Финку, у которого прожектор был цел.
На смену удовлетворения от своих действий нахлынула злость. Проклятые англичане, испортили ему всю охоту! Вот же ублюдки! Теперь у других катеров будет преимущество, а ведь он первым из них начал атаку, рассчитывая отличиться! Но Бонке тут же взял себя в руки. Нельзя терять хладнокровие во время боя, это может плохо для него кончится!
Аксель склонился к переговорной трубе и приказал:
— Сосредоточить огонь по центру баркаса! Я хочу чтобы на этой старой посудине не осталось никого живого!
Словесного подтверждения не последовало но оба пулемёта и зенитка и так непрерывно работали по избиваемой цели, пользуясь тем что прожектор боевого сослуживца исправно освещал судёнышко. От борта летели щепки и даже куски дерева но безжалостный огонь продолжался, даже когда с баркаса уже никто не стрелял…
Проходя мимо носа английской лоханки зенитное орудие на корме выдало короткую очередь в упор в район ватерлинии, чтобы потопить её. Обошедший залитый кровью и истерзанный баркас с кормы катер Финка сделал то же самое со своей стороны. Вот и вторая цель почти уничтожена, жаль только ценой потери прожектора.
Бонке снова вызвал по радио своего коллегу:
— Зиги, эти свиньи выбили мне прожектор, предлагаю действовать по твоей наводке! — прокричал он, стараясь чтобы его услышали сквозь грохот двигателей. — Договор в силе, верно?
В ответ он услышал хриплый смех Финка, отчего стиснул челюсти от досады.
— Как скажешь, Аксель! Держись за мной и не отставай от старшего брата! — весело ответил тот и отключился, не дожидаясь комментариев Бонке.
С трудом подавив ругательство обер-лейтенант цур зее чуть отстал от коллеги и пристроился сзади-слева от него, как совсем недавно сделал это сам Зигфрид. Винить тут некого кроме противника, потерял свои «глаза», пользуйся чужими.
И снова короткая передышка, охлаждение стволов и перезарядка дополнительного вооружения… Катера продолжали нестись на запад в темноту, к тем кто ещё не ощутил их «горячего» приветствия. Справа кое-где над водой горели маленькие пожары на мелких судах, сверкали трассирующие очереди, в засвете огня проносились узкие, длинные корпуса торпедных катеров…
Внезапно прямо по курсу прожектор Финка упёрся своим лучом в борт какого-то корабля. Сноп света заскакал по нему, пытаясь определить цель, и через несколько секунд высветилось полная картина. Это была длинная баржа, которую упорно тянули на север аж два буксира! Тросы были натянуты как струна, под кормой обоих судов кипели буруны, показывая опытному моряку что буксиры пытаются тащить тяжёлую баржу как можно быстрее.
