Влюбленность. Я все-таки смогла признаться, что за чувство в душе колышется каждый раз при мысли о мужчине, при каждом его визите, при любом взгляде. Когда мое сердце ускакивает в пятки, желудок делает головокружительные кульбиты, и на лице появляется блаженная улыбка дурочки.
Хорошее настроение исчезло, и как бы ни старался Угим, как бы ни стрелял вопросительными взглядам Вер, я не смогла вернуть улыбку на место.
Закончив обед, поблагодарила за пищу и поднялась в свою комнату. Забралась с ногами в постель. Прикрыла глаза и снова задумалась.
Веста, Веста. Кто же ты? Где же ты?
Промучившись над незаданными вопросами и неполученными ответами, похоже, задремала, и когда открыла глаза, за окном уже стемнело.
Я привела себя в порядок и пошла искать ребят, чтобы придумать совместное времяпрепровождение. Но отведенные им комнаты пустовали, и мне ничего не оставалось кроме как спуститься снова в библиотеку.
Не то, чтобы мне было скучно одной, за время дружбы с мальчиками я привыкла, что они не могут быть всегда рядом. У них есть дела, свои планы, даже тут, в незнакомом городе, населенном уголовными составляющими. Но иногда, особенно в моменты девичьей грусти, хотелось быть вместе с близкими.
Я устроилась на мягком подоконнике с подушками, взяв книгу по истории.
В комнате жарко полыхал камин, и тени причудливо выгибались на противоположной стене, не иначе как, по везению, не украшенной гобеленом.
Улицы города преступников завалило на добрый метр самым чистым светящимся снегом, сияющим, словно в раю.
Дверь в библиотеку широко распахнулась, и вошел Угим, который явно, не ожидал застать здесь кого-то.
— Чудо мое, ты опять в одиночестве! Раз такое дело, составлю тебе компанию.
Я была совсем не против, тем более, что темный эльф сел за письменный стол и углубился в бумаги, которые извлек из ящика.
А книга по истории унесла меня в увлекательный омут событий и дат, которые хоть и сложно усвоить, но понимание и примерная очередность в памяти остаются.
Спустя какое-то время взгляд внимательных глаз заставил отвлечься. Угим рассматривал меня исподлобья и молчал. Я хотела было игнорировать, но желтые глаза сверлили и мешали сосредоточиться.
— Почему Вы так смотрите? — пристальное внимание неожиданно ставшего серьезным темного эльфа смущало.
— Пытаюсь увидеть. — На его лице не скользила улыбка. Он был очень задумчив, что испугало больше, чем когда-то гнев Каина.
— И видите?
— Не больше, чем дозволено видеть. — Он отвечал сухо, ровно, из эмоций пустота и сожаление.
Я опустила глаза и уткнулась в книгу, страницы которой тускло освещал подсвечник. Это невыносимо — ждать. Но темный эльф молчал, более не задавая вопросов.
Утром следующего дня Каин организовал побудку еще затемно, и сейчас мы сонные стояли за воротами гудящего города, прощаясь. Я смотрела на темного эльфа, крепко обнимающего младшего дракона, нашептывающего тому что-то на ухо. Он был как всегда весел, бодр и залихватски настроен. «Каждый из нас найдет, что скрыть в своей душе», — грустно подумалось мне, вспоминая недавнее поведение Угима в библиотеке.
Сейчас Вер улыбался Угиму и не выпускал большую ладонь из прощального рукопожатия, да тот и не пытался вырваться. В плотно спеленавшей город зимней краске, он казался таким естественным. Высокий, статный, с несильно отросшими темными волосами, тонкими чертами лица и печальными глазами, не смотря на царящую атмосферу веселья. Словно зима была родной порой, в ней он казался величественным принцем, повелевающим ледяной стихией, она ему шла.
Наконец, очередь объятий дошла до женской части компании, и Угим, робко, совсем по-мальчишески, обхватил меня за талию, неловко прижимая к плечу.
— Боги, какая же ты маленькая, — на фоне накаченного мужчины я и правда потерялась. — Береги их, девочка.
— Обещаю, — отпустила массивную шею эльфа и качнулась назад.
Как можно было пообещать то, что не в силах сдержать даже в теории? Когда-нибудь безотказность заведет меня куда не надо.
Летели уже довольно давно, более трех часов назад проглоченный обед стоял комом нелюбимой перловки в горле. Хотелось пить. И нормально поесть. Но капризы — непозволительная роскошь, тем более что путь был не из легких.
Драконы рвали стылый воздух мощными крыльями, ветер хлестал в лицо осколками, но они стоически сопротивлялись непогоде и держали курс. Я приникла всем телом к Каину, стараясь спрятаться от метели, прорывавшейся даже через барьер.
Вчера вечером за ужином стало известно, что в Альсию мы доберемся через три-четыре дня лета, и внутри все сжималось от предвкушения.
Я познакомлюсь с родителями Вера, с братом Каина, со всей их семьей. Впервые побываю в городе степных драконов и, может быть даже, схожу на ярмарку!
