Начало харусно (третий месяц зимы), скоро по календарю Ромала наступит Новый год, на улицах пройдут гулянья. Люди, если судить, по обычаям Человечьего княжества, вырядятся в добрых существ, которые должны им помогать в будущем году, откупорят бутыли с хмельным, разукрасят дома гирляндами из ткани, развесят яркие светильники, разноцветные лампады. У каждого жилища будут стоять вазы с угощениями, их сможет взять любой прохожий.
Я зажмурилась, когда особо сильный порыв ветра хлестнул снегом в лицо.
Второй новый год в волшебном мире, на Ромале. Как много успело произойти здесь, и как много я не успела сделать там, где родилась.
Не познала вкуса любви, сжимающего грудь кольцом чувства разделенности и желания. Ни от одного поцелуя меня не бросало в дрожь. Возможно, поэтому Ромал столь быстро проник в сердце? Он дал за малый срок гораздо больше, нежели могло произойти в суетной Москве. Да, я потеряла друзей, самых родных людей. И по сей день тоскую по ним, иногда мучительно.
Но судьба подарила возможность встретиться с Вером и Тавием. Младший дракон и полуэльф. Самые замечательные существа, такие разные, но такие любимые. Смешные, сердитые, разозленные, разочарованные, озаренные — я видела их разными, я любила их любыми, лишь бы были рядом, дарили улыбки и дружеские объятия.
Они не были обязаны водить дружбу с «эмигранткой» и помогать адаптироваться. Мальчикам ничто не мешало дать понять, что происходящее их не касается и отойти в сторону. Они могли не навещать дом Графа, не приглашать девушку-обузу практиковаться вместе в магии и стихиях. Но войдя в мою жизнь, они отчего-то приняли решение не уходить.
Более всего я опасалась, что однажды Вер не сможет терпеть неразделенные чувства и захочет отстраниться. И уйдет. Как я смогу без него? Дракон всегда крепко держал меня за руку и часто говорил: «Ты только не бойся», почему-то принимая задумчивость за страх. И от его голоса становилось теплее и легче. Плечо младшего дракона всегда было рядом и рука открыта.
Я малодушно не давала ему определенности, чтобы не потерять.
И Вер прекрасно осознавал это.
«О чем ты думаешь?» — вопрос дяди застал врасплох, и я удивленно вскинулась на его спине.
Мышцы крыльев мерно ходили туда-сюда, замирали, снова приходили в движение. Такое спокойствие, да, именно, небо дарило спокойствие, умиротворение.
Почему бы и нет? Я могу поделиться некоторыми мыслями, не вдаваясь в детали.
«Я думала о том, что дал мне этот мир» — наросты были такие холодные, что я ощущала их даже через плотные варежки. Чешуя дракона искрилась на неярком солнце, закрытом серыми облаками, переливалась и походила на кольчугу.
Дракон либо ждал пояснений, либо не хотел далее продолжать разговор. У меня тоже не возникало желания выворачивать душу наизнанку. И мы молчали.
Я задремала на какое-то время, а когда открыла глаза, была удивлена резкой переменой природы.
Леса казались выше и острее, врезаясь в небо темно-синими хвойными деревьями. Им было тысячи и тысячи лет. Крупные птицы пролетали под нами, развернув метровые крылья, скалив тупоносые морды на большой голове. И горы.
Дыхание сбилось от великолепного вида гор, верхушки которых прятались за высокими облаками. Воздух стал слаще, и дурманил голову.
Через пару часов, когда начало смеркаться, мы спустились к лесу, кружа над верхушками исполинских древних деревьев. Драконы искали место для посадки и ночлега. Задача оказалась не из легких, место выбрали лишь когда стемнело окончательно.
Натаскав кучу веток и разложив спальники, все устроились у костра. Дядя готовил цапнутую в дороге птицу, одну из тех, что кружила под нами, а Вер варил макароны. Вообще-то, тут они назывались «мучными палочками», но я наотрез отказывалась употреблять это словосочетание.
Один из спокойных вечеров. Я тяжело вздохнула. Странная тут жизнь у меня, как выяснилось. Неделя в пути, а уже столько приключений на голову, к которым я совершенно не была готова.
— Саша, — окликнул дядя.
— Я.
— Ты давно упражнялась в боевой магии?
— Смеетесь? — я тут же вспомнила мнимого торговца. Этого более, чем достаточно на ближайшие пару лет.
— Тебе нужно больше упражняться с огнем, он самый действенный в обороне. Тут в паре шагов полянка, иди, потренируйся.
Я хотела возразить, что устала, голодна и банально нет желания, но вовремя вспомнила, что ученье-свет, и вообще надо бы пар выпустить. Чем же плохо поупражняться?
Полянка действительно была близко, но нашла я ее только благодаря пяти светлячкам, зависшим над головой. Выпустив в воздух еще с десяток, развесила их кругом над поляной. Теперь освещения было достаточно, чтобы тренироваться.
