Такое понимание тактической обстановки в Пентагоне и Брюсселе было оформлено в виде документа, завернуто в бумажку с надписью «MI-6 сообщает» и спущено в Ровно генералу Павлюку и прочим его подельникам по остаткам ВСУ. Если бы вопрос «Собирается ли Белоруссия напасть на Украину?» задали президенту Лукашенко, тот только повертел бы пальцем у виска и сказал со своим непередаваемым акцентом: «Да вы шо?! С ума сошли?! Какая война?! Мы тут бабло рубим на обе стороны разом, едва туда-сюда успеваем поворачиваться, так что передохнуть некогда, а вы о войне». Но, по счастью, никаких вопросов белорусскому президенту никто не задавал, а вместо того на польско-белорусской границе начали концентрироваться армейские части НАТО – в первую очередь, сами поляки, за ними американцы, французы и британцы, и даже немножко датчан, а в Литве заговорили о том, что надо бы перекрыть русским Калининградский транзит.
Впрочем, эти разговоры пока оставались только разговорами, ибо в Брюсселе опасались перехода конфликта с Россией в фазу открытого вооруженного столкновения. И дело тут было не в возможной ядерной войне, что нежелательна для всех сторон сразу, а в том, что Россия не собиралась начинать такую войну первой, но исключала для себя возможность ограниченного ядерного конфликта. Если уж в Европе или где-нибудь еще начнут рваться ядерные заряды, то свою долю «сладкого» получат все союзники по НАТО, и не только они. С какой стати, например, в стороне от общего «веселья» должна остаться недружественная к России Япония, и почему бы не оказать помощь товарищу Киму в ликвидации незаконного южнокорейского режима? Такой подход остужает горячие головы в Брюсселе и Вашингтоне даже лучше ведра ледяной воды: только успевай фыркать и отплевываться.
Речь товарища Сталина на параде в честь Дня Победы слышали все – и не только слышали, но и намотали на ус. И в Вашингтоне и в Брюсселе понимали, что Красная Армия далеко уже не та, какой была 22 июня 1941 года, и даже не та, что была в 1945 году нашей истории. Слишком много стреляющей обновки натащила ей через Врата со складов длительного хранения Российская Федерация двадцать первого века, слишком велик кураж победителей Гитлера, отвоевавших всю Европу. Сказал Сталин: «Долг платежом красен» – и теперь миллионы советских бойцов, причем вполне прилично вооруженных, злых и с боевым опытом, появятся на европейском театре военных действий. Остановить это было можно ядерным оружием, но, по изложенным ранее причинам, для коллективного Запада такой выход неприемлем. Не ради всеобщего уничтожения затевался майдан на Украине, а только ради всемерного ослабления России и обогащения США.
Итак, пока хохлы и их покровители ждали удара на севере, перекапывали дороги и создавали завалы на лесных дорогах, настоящая гроза назревала на юге, где надувной техники было минимум, а настоящей максимум. Ну и, соответственно, разведка. В местности, где пророссийские настроения испытывают от пятидесяти до семидесяти процентов населения, а проукраинские – от пяти до десяти, – части недобитого укровермахта чувствуют себя как голые педики на Красной площади. Со всех сторон на них смотрят, показывают пальцами, откровенно ненавидят и только ждут момента освобождения. И не просто ждут, а сообщают обо всех передислокациях националистических формирований по специальным адресам в интернете. По этому поводу в украинских тылах как раз сейчас отдельная истерика. Там проукраинские активисты на дорогах, крышах и стенах домов массово ищут метки, видимые только при ультрафиолетовом облучении. Мол, такую разметку наносят русские диверсанты, чтобы корректировать артиллерийские и ракетные обстрелы. Чушь, конечно, но психически незрелым личностям такая игра в казаки-разбойники нравится.
Ровно в четыре часа тридцать минут утра русская артиллерия взревела на Одесском, Херсонско-Николаевском и Запорожском направлении. Через светлеющее предутреннее небо косо полетели огненные стрелы «Солнцепеков», не оставляя украинским боевикам, засевшим в наскоро вырытых окопах, ни одного шанса выжить. Одновременно с этим началось наступление в районе Очакова, поддержанное артиллерийским огнем с российского берега Днепро-Бугского лимана, а с катеров и судов на воздушной подушке высадился еще один тактический десант в районе Парутино.
