— Возможности семьи Ясуда кончаются здесь, — холодно перебили его, указывая на кромку прибоя.
— Кхм… — сбившись, Фудзивара помолчал, собираясь с мыслями, снова поклонился. — В таком случае, я хотел бы продолжить… сотрудничество.
Господин Рокин окинул его бесстрастным взглядом…
— Что же, это ваш выбор.
— Ещё один вопрос, если позволите, — осторожно продолжил Фудзивара. — Семья Ясуда… они захотят услышать ответ. Что мне им сказать?
— Что хотите. — Господин Рокин равнодушно пожал плечами. — Знаете, в России есть такой тост: «Чтобы наши желания совпадали с нашими возможностями». Так вот, их возможности абсолютно не соответствуют их желаниям.
Фудзивара мысленно застонал. Семье из дзайбацу такой ответ совершенно не понравится. И то, что их возможности кончаются там, где начинается океан — это, конечно, аргумент… но он-то находится на берегу!
— Кстати, Фудзивара-сан, вам не надоело мотаться по съёмным квартирам? — внезапно поинтересовался господин Рокин.
— П-простите? — сбитый с толку столь резкой сменой темы, Фудзивара растерянно заморгал.
— Не думали о собственном доме? — уточнил господин Рокин.
— О доме? — удивлённо переспросил Фудзивара.
Господин Рокин как ни в чём не бывало кивнул:
— О собственном доме.
«Собственный дом?» — Фудзивара окончательно растерялся. Купить дом (не квартиру, дом!)… подобная мысль ему даже в голову не приходила, слишком уж дорогое это удовольствие. Запредельно дорогое. Если, конечно, покупать не развалюху в санитарной зоне, а приличный дом в хорошем районе с пусть и небольшим, но своим садом.
— Вряд ли я могу позволить себе такие траты, — нерешительно пробормотал он.
— Я не очень разбираюсь в ваших ценах, но думаю, что вон тот особняк, — тут господин Рокин обернулся, указывая на видневшийся в паре километров дом у самого берега моря, — стоит не так уж дорого.
Проследив за его жестом, Фудзивара озадачился. До блокады особняк в таком месте обошёлся бы в кучу денег, но сейчас действительно не стоил ничего. Потому что в нынешнем мире дом с видом на море — это всё равно, что жильё с видом на эшафот — каждый раз, в окно выглядывая, вздрагивать будешь. Кто захочет в таком жить? Разве что…
Поражённый внезапной мыслью, он по-новому взглянул на особняк. Довольно большой, в традиционном японском стиле, находится на холме, как бы нависая над морем, с виду цел, хотя и давно заброшен. Опять же, до посёлка недалеко, но и не так близко, чтобы случайные прохожие через забор заглядывали. В целом, великолепное место, правда, при одном условии…
— Господин Рокин, вы считаете, что я могу позволить себе дом… в таком месте? — прямо спросил Фудзивара, выделив голосом последние два слова.
— Абсолютно уверен, — спокойно ответил тот.
— Что же, в таком случае, я думаю, моих средств будет достаточно, — Фудзивара с достоинством поклонился, скрывая облегчение.
Ведь главное в жизни — это статус. А даже семья из дзайбацу десять раз подумает, прежде чем связываться с владельцем дома в таком месте. Надо только привести его в порядок, чтобы каждый видел, что здесь живут не потому, что больше негде, а потому, что ничуть не боятся.
— Да, Фудзивара-сан, один совет, — словно бы спохватился господин Рокин. — Холодильник побольше заведите, на всякий случай.
— Холодильник? — Фудзивара невольно насторожился. — Простите, не совсем понимаю… для чего?
— Для мороженого, — господин Рокин устало вздохнул. — Патрульная эскадра — это шестнадцать вымпелов, вообще-то.
__________
* Ронин – самурай без господина. Изгнанный или лишившийся своего господина самурай, который вместо благородного сэппуку (ритуального самоубийства) выбрал путь позорной жизни. Зачастую ронины сбивались в банды и занимались разбоем.
В современной Японии термин «ронин» зачастую используется как метафорическое обозначение человека, провалившего вступительные экзамены в высшее учебное заведение, то есть, пустившего свою жизнь под откос.
Откинувшись в кресле самолёта, я устало поморщился. Дзайбацу… вот уж не было печали. Нет, понятно, что и мои походы на берег, и охота лолит на якудза не могли остаться незамеченными — японцы же не идиоты. Так что рано или поздно следовало ожидать появление переговорщика или группы захвата (это если всё же идиоты). Но вот семейка дзайбацу — худший из вариантов. Во-первых, они упёртые, ибо считают себя хозяевами жизни (вполне заслуженно, надо признать), во-вторых, этих чёртовых дзайбацев довольно много. Там ведь только кланов полсотни, а в кланах семьи, а в семьях рода, а в родах наследники… и все друг против друга нежно дружат. В общем, связываться с семейкой из дзайбацу — это как в болото нырять — мало того, что весь в грязи перемажешься, так ещё и в политику с головой засосёт. А мне оно надо, над их грошовыми интригами голову ломать?
Однако, за Фудзиварой присмотреть придётся — в том, что семьям такой ответ не понравится он абсолютно прав. Эти деятели вообще считают себя пупом земли, а потому отказов просто не понимают.
— Инга, — обернулся я к устроившейся в соседнем кресле подлодке, — присмотрите пока за Фудзиварой, только аккуратно.
