Комм-линк пискнул, напоминая об очередном осмотре. Габриэль отпустила капитана под клятвенное заверение, что он будет соблюдать режим и выполнять все предписания, и Да Силва собирался сдержать слово. Еще и сам рявкнул на Дмитрия, который хотел последовать примеру капитана: «У меня и у сержанта хоть весь ливер цел, а ты лежи и не отсвечивай!».
Габриэль привычно колдовала со сканерами, обнадеживая капитана, что скоро все будет лучше прежнего. Конечно, в пятьдесят лет рукопашные схватки обходятся тяжелее, чем в двадцать, но Да Силва сам первый бы вышиб мозги любому, кто скажет, что он слишком стар для чего бы то ни было. Андраде, вон, еще старше, а прижмет – без колебаний полезет в самую гущу и «Аспида» своего в ход пустит. Этих чудо-пистолетов на Сомбре и было всего два – у него и у Да Силвы, оба – в награду от нордиканцев за помощь в войне с Террой. И именно Жоао пустил в свое время шуточку «одного Аспида другим наградили». Андраде долго хохотал, когда услышал. В общем, нечего тут, Да Силва собирался воевать еще долго и успешно. И если надо – собственными руками.
Гораздо больше, чем собственное состояние, его волновала Габриэль. Да, она улыбалась, действовала с обычной сноровкой, с шутками и прибаутками прогнала Джона отдыхать, сказав: «На смену мне нужен нормальный медик. Свежий как огурчик. А ты на огурчик пока тянешь только цветом». Но круги у нее под глазами не говорили ничего хорошего. И вообще за этот вылет она словно разом стала старше лет на десять. Капитан прекрасно знал причину. Дело не в том, что экипаж ввязался в столкновение, для которого, скажем прямо, не было ресурсов. И даже не в том, что Асахиро, с которым она очень сдружилась, едва не погиб или, хуже того, не попал в плен. Дело в этом самоубийце Нуарэ. Раз за разом взгляд Габриэль возвращался к отсеку с криокамерами. Капитан понимал, что говорить здесь что-либо бесполезно. Разумеется, Габриэль сделала все возможное и невозможное, но ей невыносимо думать, что сейчас от нее не зависит уже ничего. Хорошо рассуждать про невозможность спасти всех, пока это не касается твоего экипажа. Что скрывать, Да Силва сам ничего так не хотел, как снова увидеть своего старпома живым. «Я говорил, что пристрелю тебя, парень, если полезешь к ней со своей романтикой. Я, конечно, не любитель отменять свои обещания, но тут особый случай, и терране успели раньше. Выживешь – не благодари».
– Вы что-то сказали, капитан?
– Да так, мысли вслух. Пробую возможность отдавать команды.
Да Силва улыбнулся почти непринужденно. Габриэль попыталась ответить тем же, но улыбкой это можно было назвать с большим трудом. Бледное лицо, запавшие глаза… «Выгоришь же, девочка. В самом начале пути. Как восстановится связь – сразу же сообщу Элли и Лизе, чтобы глаз с тебя не спускали. И надрали уши при необходимости. А то и я добавлю, потому что нельзя так». Понятно, что любой уважающий себя медик костьми ляжет за свой экипаж – но нельзя, чтобы это случилось в буквальном смысле.
– Капитан! – от вопля Враноффски Да Силва невольно поморщился – голова все-таки еще не пришла в норму.
– Лейтенант, терране мне мозги не вышибли, так вы добьете. Что случилось?
– Виноват, капитан. Просто нордиканцы шлют наилучшие пожелания и говорят, что до самой Сомбры мы пойдем в безопасном коридоре. Терран, какие были в пределах досягаемости, они раскидали и дают нам эскорт. Я возвращаюсь в нормальный режим связи.
– Отличные новости. Если будет что с Маринеска – сообщите мне.
