– А после тренировки, – продолжал Снайпер, – Алла попросила меня задержаться и еще раз кое-что показать. Мигель попытался сострить и получил в ухо. В итоге остались оба. Могут быть хорошим тандемом, не позавидую тому, кто будет иметь с ними дело. Я против них держусь, но это я.
Повисла пауза.
– Кстати, – сказал Эрик, хотя это было совсем не кстати, – послезавтра же презентация «Этуаль верт»! И Ален Шейно прямо лично мне прислал приглашение! И Эжени тоже!
Лицо Снайпера не выразило ничего. Эрик чуть замялся.
– В общем, они… ну… это отличная группа. И поскольку у них в новом альбоме песня про… недавние события, Шейно обещал проходку любому с «Сирокко», кто захочет прийти. Пошли с нами, а? Там и все ребята будут, с которыми в Клэр-Фонтэн…
Эрик не успел договорить – Снайпер жестом оборвал его.
– Спасибо, но нет. Ты же знаешь, я в целом равнодушен к музыке. Асахиро вот мог бы пойти, но они с Зои, насколько я знаю, на Ракуэне. Удачно вам провести время.
Весь его вид говорил, что развивать тему он не собирается. Эрик только вздохнул. Но уж Рафаэля он туда затащит!
Эрику повезло – к брату как раз зашел Леон Эрнандес с какими-то служебными вопросами. Это даже хорошо, а то Раф, кажется, уже мхом оброс от сидения дома. К тому же Леон любит музыку, вдвоем уговаривать удобнее.
– Вы пойдете? – спросил Эрик.
– Конечно! – воскликнул Леон. – Хотя, признаться, немного боюсь.
– Я тоже, – вздохнул Эрик.
Рафаэль, слышавший разговор, вопросительно поднял бровь. Леон коротко объяснил ему про новую песню.
– Вы же понимаете, коммандер, одно дело – когда поют про кого-то далекого типа первых колонистов или, там, про Жиля Нуарэ, при всем к нему уважении. А тут – про нас.
– А что… про дедушку тоже есть песня? – озадаченно переспросил Рафаэль. Эрик фыркнул. Нет, Раф – замечательный старший брат, но вот из-за таких, как он, и пошла легенда, что все Нуарэ с рождения слушают только гимн Республики и военные марши!
– Дать послушать? – Леон уже подключал портативный динамик. – Ребята стремятся к звучанию докосмической эры… ну… как они его понимают. На концерты попробуй дешевый билет добудь – фан-клуб все расхватает в первых рядах. Нам очень повезло с этими приглашениями.
Эрик сам любил эту песню у «Этуаль верт», хотя и немного стеснялся в этом признаваться. А ведь правда отличная вещь, и дело совсем не в том, что про дедушку – в конце концов, он дедушку даже почти не помнил. То ли дело Раф. Но и ему, кажется, понравилось.
– Последний вопрос, – сказал Раф. Эрик был готов по-детски захлопать в ладоши от радости. – Насколько я помню, рок-концерты обычно проходят в стоячих залах. Мне пока не рекомендовано подолгу стоять…
Вместо ответа Эрик просто вывел на экран своего комма то самое приглашение от Шейно и выделил строчки: «Если по состоянию здоровья или иным причинам кто-то предпочтет слушать нас сидя, на верхнем ярусе зарезервированы столики». Рафаэль только кивнул. Довольный Эрик умчался обзванивать ребят и выяснять, кто точно придет.
20.
22 января 3049 года
– Я не понял, мы в «Сателлите» или в военном космопорту? – обратился Ален Шейно к группе. В зале засмеялись. Эрик, стоявший в первом ряду, огляделся – да уж, сейчас клуб мало напоминал площадку рок-концертов, в зале преобладали темно-синие мундиры со звездами. Да что говорить, они с ребятами сами пришли в своей кадетской форме. А уж на верхнем ярусе собралась целая галактика. Из-за света софитов Эрик не видел лиц, но знал, что, кроме брата, там капитан Да Силва, капитан О’Рэйли, сестры Ридо… Собрались, похоже, все, кто был на планете и хоть немного интересовался музыкой. Эрика ткнули в спину – о, вот и Дан Враноффски со всеми своими девчонками. Эрик попытался подвинуться, чтобы пропустить вперед хотя бы хрупкую Эстеллу, Дан махнул рукой и поднял ее на плечи. Сзади запротестовали, и Дан отошел вбок.
Обменявшись с клавишником парой шуток об акустике в космопорту, Шейно сделал знак группе, и концерт начался песней о Жиле Нуарэ. Теперь Эрику было не до того, чтобы выискивать в зале знакомых – он подпевал, прыгал, размахивал руками, наступил кому-то на ногу, и ему не было стыдно. Тем более что это оказалась Эжени, которая просто наступила в ответ, а ботинки у них были одной модели.
Новая песня о маринесских событиях была в программе третьей. Шейно отошел вглубь сцены, и из-за кулис появилась Флёр Андриотти. Эрик не знал ее, но слышал о ней от матери и видел фото. Да и в фан-клубе обсуждали, что в презентации участвует оперная певица. Какой-то дурак начал было прохаживаться, что она терранка, но на него накинулись всем клубом. На Флёр было длинное концертное платье точно такого же темно-синего цвета, что и форма большинства слушателей. Когда она запела, Эрик почувствовал, что у него перехватывает дыхание. Кажется, еще немного, и он разревется, как маленький.
