– Нет, – спокойно признался Кёнвальд. – Но был знаком с самим Садовником. Весьма любвеобильный и необязательный тип, но детей своих всегда одаривает щедро. Правда, колдовского искусства среди тех даров нет, так что на главный козырь теней это не тянет. Но…
Он затянул паузу, провалившись в раздумья. Тина вопросительно выгнула бровь:
– Но?..
– Странно, что он не явился ко мне сам, чтобы передать предупреждение. Формально я хозяин здешних мест, это было бы по меньшей мере вежливо. Значит, ему что-то не даёт это сделать – или кто-то. Ни Садовник, ни его потомство не станут по своей воле работать на тени, но вот пойти на уступки злу во имя сохранения собственной жизни – вполне в его духе… – произнёс он, почти повторяя мысль Йорка насчёт шантажа. – Он слаб, слабы и его сыновья – открыто бунтовать они не станут, скорее попросят о помощи через чужие руки. Что, говоришь, он точно сказал?
Тина собралась с духом – и второй раз за день изложила содержание непонятного разговора, на сей раз – со всеми подробностями. Вспомнила даже, как старик Фергюс упоминал «почтительного юношу», который подвозил его к дому. Кённа слушал, не перебивая.
– У реки много гортензий, – заметил он нехорошим голосом, когда Тина, едва не охрипнув, завершила повествование. – Да и в городе тоже. И появились они не так давно. Лет десять-пятнадцать назад, тогда же, когда вновь начали пропадать белые камни. Не думаю, что это совпадение.
– Кстати, о камнях, – спохватилась Тина. Подхватилась, метнулась в спальню и вернулась с двумя папками. – Смотри, вот что мы нарыли. Тут все объявления в «Болтушкиных сплетнях» и в «Деловом еженедельнике», которые касались камней. Всё, что выглядело подозрительно, в общем. А тут, – она открыла вторую папку, – наши подозреваемые. Мы с Йорком считаем, что они могут быть причастны к размещению объявлений, а значит, и к теням. Посмотри на эту женщину, – попросила Тина, вытаскивая из стопки бледно переснятую копию личного дела. – Пейдж Филлипс, она работала как раз в «Еженедельнике». И она напала на нас с Йорком, когда мы встречались с информатором. Уиллоу сказала, что эта женщина была одержимой.
Кённа отёр руки фартуком, склонился над столом и поворошил бумаги.
– Как интересно, – протянул он. – Похоже, в ближайшее время я буду много ходить по гостям. Неторопливо, – сжал он искалеченную кисть. – И очень-очень осторожно. Большое спасибо Джеку Доу за урок.
И, хотя Тина была однозначно на стороне добра и уж ей-то ничего не угрожало, по спине пробежал холодок. Сейчас Кёнвальд выглядел устрашающе.
«Он не из породы тех, что ломаются, раз оступившись, – появилась мысль, от которой по коже прокатилась вторая волна мурашек. – Нет, обжёгшись, он станет беспощаднее и опаснее».
Тени нажили себе воистину смертельного врага.
Игра только начиналась.
Ещё совсем недавно в полицейском участке царила оживлённая, однако несколько ленивая атмосфера. Как на южном курорте вечером, когда после захода солнца все разом выползают на улицы и куда-то идут, но никто не спешит, а большинство прохожих – праздные туристы. Копы истребляли пиццу в галактических масштабах, заваливали урны смятыми стаканчиками из «Чёрной воды» и ржали за закрытыми дверями своих кабинетов, посрамляя сферических коней в вакууме.
Теперь же, проходя мимо кабинета, скорей можно было услышать потрескивание рации и прерывающиеся переговоры на служебной частоте. К аромату кофе, чёрного и горького, добавился многозначительный запашок ношеной одежды – не откровенно грязной, а как если человек прошатается где-то всю ночь, выкуривая сигарету за сигаретой, и под утро войдёт в замкнутое помещение.
– У нас аврал, – мрачно сообщила Пэг О’Райли, взъерошивая явно немытые волосы. – Ещё немного, и я поверю в мор среди журналюг. Мрут как мухи – на той неделе была одна баба-редакторша, на этой – двое репортёров и корректор, причём все трое скончались сегодня ночью. Признаков насильственной смерти нет, но что-то здесь нечисто… Вот ты веришь в такие невероятные совпадения?
«Я верю, что Кённе было нескучно», – подумала Тина, однако вслух ответила, что-то в духе «какой ужас, страшно выходить на улицу». Прозвучало это на редкость фальшиво, но Пэгги, в край замотанная, ничего не заметила.
– Вот, – бросила она на стол распечатку. – Прочитай и распишись. Типа записано с твоих слов.
«Похоже, быстро разделаться не получится», – с угасающей надеждой подумала Тина, придвигая к себе разрозненные бумаги. С работы её формально отпустили, тем более что капитан Маккой официально отправила факс в библиотеку с утра, но Аманда прозрачно намекнула, что не желает трудиться до вечера в одиночку.
Текст казался отдалённо знакомым. Но чем больше Тина вчитывалась, тем сильнее крепло недоумение.
«Что за?..»
– Я ведь уже подписывала это, – нахмурилась она. – За той же датой причём.
Пэг снова взлохматила волосы, выглянула на секунду в коридор, потом в окно. И лишь тогда, изрядно понизив голос, сообщила:
