– На Маккой давят. Даже мне не говорят, кто именно, но, судя по оговоркам, уровень мэра, не меньше. Требуют закрыть дело, забыть о Доу и так далее. Не на ту напали, – оскалилась она. – Наша Кэп только разозлилась. А когда она злится, то копает глубже. У нас исчезла часть документов, в том числе – твои показания.
На мгновение Тине стало страшно, и это был несколько иной страх, чем с Доу, – более приземлённый, рациональный. Но почти сразу она успокоилась.
«Это всего лишь люди».
– Не проблема. Подпишу снова. Может, сразу в нескольких экземплярах?
– А там три штуки и лежит, – заулыбалась Пэг, и азартным выражением лица в тот момент напомнила Йорка. – Один оставим на видном месте, то бишь в архиве, и посмотрим, у кого к рукам бумажки прилипают.
Глаза у неё сверкнули так, что не осталось никаких сомнений в том, что случится с теми шаловливыми ручками.
На официальную часть ушло не так уж много времени. Скорее Тина сама затягивала процесс. Здесь, в участке, крепло ощущение причастности к чему-то большому, общему; так в доме, который большая семья украшает к празднику, чувство единения с близкими и душевный подъём возникают даже у тех, кто занят своим делом и в приготовлениях не участвует. Так в городе, что готовится отразить вражескую атаку, возникают узы крепче родственных между теми, кто разливает по котлам на стенах и кипятит смолу.
По сравнению с атмосферой, которая царила здесь, в библиотеке было сущее болото.
Когда злополучный протокол подошёл к концу и осталось только поставить под ним свою подпись, дверь вдруг распахнулась – без стука, и на пороге появился взмыленный детектив Йорк с двумя стаканами кофе на подставке, один из которых венчала пышная шапка сливок, посыпанных шоколадом, тёртыми орехами и прочими греховными орудиями соблазна.
– Пэгги, вот твоя сахарная отрава. Может, правда мозги заработают, хотя, моё мнение, если их нет… – Тут он заметил Тину и резко сбавил тон: – …если их выжать бессонницей, даже гений ничего путного не надумает.
Он поставил стакан на край и ретировался. Повисла неловкая пауза; даже Пэг что-то заметила, но истолковала по-своему.
– Всё ещё дёргаешься из-за того случая? Не переживай, он своё получил, ему теперь точно не до тебя.
Тина не любила врать по пустякам, но сказать правду – «
А потом, в мучительных попытках как-то увести фокус внимания с неудобной заминки, вдруг вспомнила кое-что важное.
«Вандалы у фонтана!»
– Мне нужно сообщить кое-что капитану Маккой, – сказала Тина, ставя подпись под документами. – Лучше сейчас. Это по поводу того нашего разговора.
Пэг, золотая душа, не стала уточнять ничего – поверила на слово. Она тут же набрала короткий номер по внутреннему телефону, не дождалась ответа, нахмурилась. Потом позвонила ещё куда-то, спросила отрывисто: «Кэп на месте?» и, удовлетворённая ответом, поднялась, кивая самой себе.
– Элиза… то есть капитан на месте, так что я тебя сейчас провожу к ней. Долго пообщаться вряд ли получится, но по понятным причинам дело Доу у неё сейчас в приоритете, так что наверняка она тебя хотя бы выслушает.
Начиналось всё оптимистично, однако дойти до нужно кабинета они не успели, потому что встретили капитана Маккой в коридоре. С каменно невыразительным, а потому особенно жутким лицом она теснила к лифтам кучерявого мужчину средних лет в безупречном костюме и чеканила по словам:
– Вон. Отсюда. Немедленно. Если я хоть раз, – понизила она голос, и в нём звякнул металл клинка, слишком острого для наградного, – если я ещё хоть раз увижу вас около участка, то арестую на десять суток. За попытку. Давления. На следствие.
– Мэм, боюсь, вы не понимаете… – безупречно вежливым голосом начал было кучерявый.
Капитан Элиза Маккой молча преодолела разделявшее их расстояние, взяла его за грудки, отрывая от земли…
…он по-мышиному пискнул и побелел…
…и аккуратно поместила в лифт.
– Офицер О’Райли, – обернулась она к Пэг. – Проводите мистера Мизери. Он сам не найдёт выход.
Судя по лицу мистера Мизери, он бы сейчас нашёл даже сокровища инков в общественном парке или путь из лабиринта Минотавра, лишь бы оказаться подальше от страшной женщины по фамилии Маккой.
Пэг сделала круглые глаза, исподтишка потыкала в Тину пальцем и, приняв официальный и непреклонный вид, скользнула в лифт. Те немногие копы, кто был свидетелем этой сцены, поспешили скрыться – кто в кабинетах, кто на лестнице. Капитан оглядела стремительно пустеющий коридор и негромко заметила:
