– То, что вы сейчас услышите, относится даже не к служебной информации, – в конце концов сказала Маккой. – Признаться откровенно, я даже не знаю, как это охарактеризовать. И зачем я вообще вам это рассказываю. Возможно, – уголки губ у неё едва заметно дрогнули, – мне тоже кажется, что у вас могут быть влиятельные знакомства, мисс Мэйнард.
И она раскрыла папку.
Сверху лежал крупный снимок женщины лет тридцати в чёрном платье, даже на вид запредельно дорогом. Её лицо без грана косметики напоминало не то слегка оплывшую восковую маску, не то фотографию post mortem. Она улыбалась; опухшие и сильно опущенные веки наполовину закрывали зрачки, а на щеках играли ямочки, похожие на отпечатки карандаша в рыхлом пластилине.
– Эту женщину звали Кристин Хангер, – произнесла капитан Маккой. – В городе Форесте она организовала благотворительный фонд «Новый мир», который фактически служил прикрытием для манипуляций с недвижимостью. В схемы фонда были вовлечены довольно влиятельные люди, такие как адвокат Рональд Уэст, Найджел Гриффит – он был фактически вторым лицом в совете графства после председателя. Шло расследование деятельности этой группы сразу по нескольким каналам, одним из которых занимался мой друг и сокурсник, детектив Джин Рассел, полиция Фореста. Так вот, несколько лет назад «Новый мир» бесследно исчез, вместе с арендуемым зданием. Пропали мисс Хангер, мистер Гриффит вместе со своим адвокатом и ещё несколько десятков человек. Более того, все, кто раньше с ними контактировал, теперь утверждают, что никогда не были знакомы ни с кем из них. Включая моего друга Джина, которому я всегда верила, как себе самой. Любопытная ситуация, не правда ли, мисс Мэйнард?
– Очень, – кивнула Тина.
И, хотя в кабинете было довольно жарко, она почувствовала сильный озноб; костяшки пальцев побелели. Почему-то вертелись в голове слова Кёнвальда: «А потом он уронил на неё луну».
– Я часто просматривала это дело, мисс Мэйнард, – продолжила между тем капитан Маккой. – Меня, признаюсь, влекут неразгаданные тайны. Поэтому, когда впервые появились подвижки в деле серийного убийцы, «Твари Лоундейла», я сразу вспомнила, где видела лицо нашего подозреваемого.
Она вынула из папки газетную вырезку с фотографией. Оттуда, с зернистой бумаги, томно и мёртво улыбалась Кристин Хангер; руку у неё на талии держал долговязый мужчина в костюме-тройке с неразличимым из-за качества съёмки лицом. А вокруг толпились другие люди в комбинезонах, пятеро или шестеро.
Хищный горбоносый профиль одного из них Тина узнала тотчас же – слишком часто являлся он ей в кошмарах.
Заголовок статьи гласил:
«
И чуть ниже было написано:
«
Дочитывать Тина не стала. Руки у неё ощутимо тряслись, и стоило больших усилий унять дрожь.
– Ещё плеснуть? – бесстрастно предложила капитан. – Полглотка. Больше не предлагаю, с непривычки валит с ног.
Тина мотнула головой, потом с усилием надавила на виски.
«Почему, именно когда хочется отключить мозги, они работают как проклятые?»
– Когда точно закрылись «Перевозки Брайта»?
Элиза Маккой и бровью не повела, явно готовая к этому вопросу.
– Два года и четыре месяца назад. Однако проблемы у них начались сразу после исчезновения Кристин Хангер. Эпизод не был доказан, но некоторые данные указывают на то, что через «Перевозки» отмывались довольно крупные суммы.
Тина прикусила губу на мгновение.
– Вот только фургоны «Перевозок» время от времени видят в городе, а некоторые сотрудники «с особенностями» засветились даже в полицейских хрониках, – пробормотала она. – Простите, я… Мне нужно возвращаться на работу.
– Конечно, мисс Мэйнард, – кивнула Элиза Маккой вежливо и отпила из чашки с таким видом, словно там был обычный эспрессо. – Благодарю за бдительность. Мы учтём вашу информацию, в рамках дела она будет весьма полезной.
Из участка Тина вылетела как ошпаренная. Пронеслась по коридорам, уже почти родным, подавила идиотское желание спуститься в морг к Гримгроуву и напроситься на чай с душеспасительными беседами, с кем-то поздоровалась –
Солнце палило, как из пушки.
