— Я такая же мать, как твоя. Думаешь, сиди она тут сейчас перед парнем, причастным к похищению ее сына, какие испытала чувства? А ты? — в ее голосе было столько боли, что я опустил голову. Никто не попытался увести Виолу или Влада. Просто ждали.
— Мои люди доберутся до твоей семьи в считанные часы, — голос отца был ровным, спокойным. Я удивленно моргнул, а Виолетта сжала какие-то бумаги перед собой, ожидая ответа от Смольчука. — Ты уже рассказал часть того, что знал. Так почему бы не продолжить? Или думаешь только у твоих приятелей руки длинные?
Последние слова прозвучали по истине зловеще. Рязанов вздрогнул, пробормотав какую-то молитву, а вот Оленев наоборот переглянулся с начальниками СИЗО, шепнув уже мне:
— Я сделаю вид, что ничего этого не слышал.
И правильно. О некоторых вещах лучше не думать. Совсем.
Бывший поселок Красная гора с населением в ноль человек находился в глуши посреди леса. Добраться до него без специализированного транспорта зимой было практически невозможно. Я едва уговорил Оленева взять меня с собой на операцию, а остальных мы оставили дома в ожидании. Уже уезжая из СИЗО, Антонина Васильевна обняла меня напоследок и проговорила, погладив по щеке:
— Привези мою внучку обратно, Амир. Живой.
Мы не знали сколько их. По словам Владислава, из всего поселка сейчас использовалось только два дома и старый полуразвалившийся сарай для передержки товара. Также там периодически ночевали незаконные вырубщики леса, работающие на «Зеленый слон». Именно там, по словам Влада, могли держать Лилю и Семена, если они еще были живы.
— Сначала отправим вертолет, дабы осмотреть территорию сверху. Используем гражданский, чтобы было меньше подозрений. Не будем спускать спецназ по воздуху — это может вызвать ненужные жертвы, и наши заложники могут оказаться в опасности…
Пока нас наставляли, я задумчиво крутил на пальце кольцо, глядя на заснеженную трассу. Ничего удивительного, что их не смогли найти дорожные камеры. Заброшенный поселок — отличное место, чтобы спрятаться.
— Доронов? — мой взгляд переместился с пейзажа за окном на Оленева. — Ты понял? Остаешься в тени до конца операции под охранной, — Максим поджал губы, а я только кивнул, снова глядя перед собой куда-то в пространство.
Люди в бронежилетах перешучивались, словно это был обычный вызов к разбушевавшимся пьянчугам, а не захват опасных преступников и освобождение заложников. На панели мирно покачивал головой пластмассовый далматинец, а из динамика играли какие-то попсовые русские песенки. Я устало прикрыл глаза, хотя сна не чувствовал, несмотря на несколько дней недосыпа. Странное чувство эйфории и предвкушения заставляло держаться на ногах. Именно двигало мною все это время, заставляя сесть в машину и откладывая на потом желание разобраться со всеми предателями, причастным к похищению Лили.
«Здесь разбираться буду я. Отговаривать тебя ехать смысла нет, зато там ты действительно можешь пригодиться больше меня или Виолы, которая и так на грани нервного срыва. Мы будем ждать хороших новостей, сын»
Отец так это сказал, будто уже знал исход операции. Возможно надежда — может уверенность. Вряд ли он сомневался в словах Влада, рассказавшего об убежище Михаила и остальных членов «Зеленого слона». Мне только одно не давало покоя. Слова отца, сказанные в момент, когда я порывался прикончить Георгия, заставили задуматься:
— Это я хочу решить лично, Амир. У меня к твоему бывшему водителю есть один очень важный вопрос и боюсь ответить на него сможет только он, — я оглянулся, слыша, как меня окрикивает Оленев.
— Что за вопрос? — спросил быстро, поднимая ворот своего пальто и окидывая взглядом стены СИЗО, освещенные многочисленными ночными фонарями.
— Никакой Михаил не смог бы устроить Георгия к Семену, не имея достаточных связей и возможностей, чтобы создать ему идеальные рекомендации. Кажется, остались вещи, которые я не решил еще в прошлом, — туманно отозвался он, похлопывая меня по плечу.
Разработка операции по захвату заняла всю оставшуюся ночь. Для начала пришлось получить разрешение у природоохранной прокуратуры и всех инстанций. Перебудили кучу народа ради действий на территории заповедной зоны, которая являлась сейчас спорным клочком земли после несостоявшегося тендера и была недоступна для свободного использования. Любые операции на этой территории должны были быть согласованы. В ином случае суд никогда бы не принял действия полиции, назвав их незаконным проникновением.
Затем мы отправились к нужному месту и первым пустили вертолет, внутри которого находились сотрудники полиции, прикинувшиеся туристами на вертолетной экскурсии. Чтобы не создавать лишнюю панику среди тех, кто был в поселке, всего один раз пролетели над ним и успели заметить лишь несколько человек, бродящих мимо нежилых домов.
