— Здравствуйте, молодой человек. Вы, надо полагать, пришли с целью отремонтировать принадлежащее вам огнестрельное оружие, поскольку обычно ко мне приходят именно с такими просьбами. Но посмею огорчить вас — на данный момент я слишком занят исполнением предыдущих заданий, коих набралось у меня немалое количество. Если ваше дело терпит, приходите ко мне ориентировочно через две недели, скорее всего к тому времени я смогу разобраться с доброй половиной заказов и у меня появится время посмотреть ваш.
Наконец он замолчал и у меня появилась возможность заговорить:
— Максим Максимович? — не знаю, зачем я решил уточнить, ведь ясно было, что это он.
— Максимыч, молодой человек. — строго поправил меня оружейник. — Не «Максимович», а «Максимыч». Это важно, ведь именно так звали героя лермонтовского романа: Максим Макси-мыч. Можете считать это своего рода псевдонимом, моим вторым именем, хотя первое на него очень похоже. Но второе наиболее полно отражает мою внутреннюю натуру, близкую по духу к темпераменту вышеназванного персонажа.
Я смутно помнил сюжет романа, тем более его персонажей, но герой, на которого так хотел походить стоявший напротив меня человек, всегда ассоциировался у меня с не особо умным, но добродушным и человеколюбивым старичком, о чем я и поделился с оружейником, стараясь приладиться к его манере разговора:
— Насколько я припоминаю, персонаж не жаловал оружия.
Максим Максимыч бросил на меня быстрый взгляд, и, помедлив, ответил:
— Он был военный человек.
— Да, вы правы. Давненько я не брал в руки книжек. — быстро согласился я. Не хватало еще испортить о себе мнение в первые минуты знакомства. А пообщаться мне очень хотелось, поэтому я продолжил как можно миролюбивее:
— Мне о вас рассказал ваш тезка, бармен из бара «Под куполом». Очень хвалил ваши золотые руки. Я совсем не тороплюсь с ремонтом, но, если вам не сложно, просто посмотрите ружье и озвучьте примерную цену. Это займет пару минут.
Старик еще подумал, хотел было отказать, но все-таки махнул рукой, приглашая войти. Очутившись в комнате, я передал сверток с разобранной двустволкой в руки Максима Максимыча и начал с любопытством озираться. Мастерская была очень неплохо оснащена: разнообразные станки, верстак, набор ручного инструмента, даже небольшой горн в углу, и все это в идеальном порядке и чистоте. Разобранный автомат лежал на столе, в углу — шкаф с кучей небольших ящичков, очевидно, с запчастями, но больше никакого оружия, в том числе коллекции ружей, о которой говорил Макс, в комнате не было.
— Типичная ситуация. — услыхал я деловитый голос старика. — механизм изношен, имеется люфт в узлах, требуется основательная чистка всего. Достаточно редкий экземпляр ТОЗ-57, запчастей к нему не найти, только самодел.
— Вы возьметесь за ремонт, Максим Максимыч?
— Я пока не решил.
Этот ответ меня удивил, я обернулся и внимательно посмотрел на него:
— Мне это совсем не к спеху. Как сделаете. И в плане цены…
— Я вижу, что вам не к спеху. — усмехнулся оружейник. — Дело отнюдь не в этом. Когда я беру новый заказ, я стараюсь выполнить его качественно. А знаете ли три составляющие качественной работы? Это хорошие материалы и инструменты — раз. — старик начал загибать пальцы. — Любовь мастера к своему делу и его творческий подход — два. И есть еще одна очень важная деталь — принимая заказ, мастер должен знать его историю: прошлое, то есть причину, зачем понадобилась помощь мастера, и будущее, а именно — как будет использоваться его детище. Что касается этого ружья — как я понял, оно не ваше.
— Как вы догадались? — изумленно спросил я.
— Очень просто. Судя по вашему прикиду, амуниции, тому же арбалету за спиной, вы весьма аккуратный и практичный человек. Это очень заметно — я и сам такой. Но оружие, которое вы мне принесли, в очень плохом состоянии. Я бы сказал в состоянии, близком к критическому. Я даже не уверен, что смогу восстановить его работоспособность. И это не просто изношенность, это халатное отношение к механизму. Ваш арбалет блестит, ложе и тетива смазаны воском или похожим составом, хотя вы из него практически не стреляете. У вас на руке добротно выполненный колчан, а в вашу кожаную куртку вшиты пластины брони, но на самой куртке ни одного отверстия. Значит, вы не любите перестрелок и избегаете их. Так зачем же вам громоздкое оружие, если для скрытной стрельбы достаточно арбалета, а для мобильности — обреза? Не отвечайте, это был риторический вопрос. И тут вы приносите мне эту замотанную изолентой двустволку. И можете хоть до самого вечера доказывать мне, что это ваше ружье — я не поверю ни на секунду.
Наблюдательный и умный человек, в очередной раз восхитился я своим собеседником, совершенно не собираясь ему ничего доказывать. Напротив, я в красках рассказал, как у меня появился этот трофей. Максим Максимыч сначала отнесся с недоверием к моим приключениям, но к концу повествования хохотал в голос.
— Вам бы про это рассказ написать! — отсмеявшись, сказал он. — Назовете его «».
