«Только этого не хватало…» — в панике подумал я, пытаясь проанализировать ситуацию. Нога, возможно, сломана, Машина — по другую сторону кирпичной стены, то есть фактически на другом конце света. И еще, скоро я буду чувствовать себя, как вытащенная из воды рыба. Воздух втягивался в легкие уже с некоторым усилием. До удушья оставалось минут десять.
Я ощупал больную ногу, но определить, перелом это или нет, не смог. По крайней мере, нога не сгибалась в не предназначенных для этого местах. Я снова попытался встать, удерживаясь за ствол дерева и стараясь перенести вес на здоровую ногу. Это получилось. Теперь необходимо найти что-то, на что можно опереться. Как назло, захламленный железками двор находился в полусотне метров от сада, и ползти или прыгать туда я буду долго, дышать часто и быстрее выработаю ресурс фильтра. Достав нож, я обрубил мелкие боковые сучья с той злополучной ветки, из-за которой вляпался в неприятность.
Что дальше? Надежно упершись в землю полутора ногами, я, тем не менее, ни на сантиметр не приблизился к спасительным фильтрам. До парадных ворот несколько десятков метров, до технических, через которые клиенты приезжали на техобслуживание, чуть дальше; до Машины, если бы не стена, не более пяти. Но ковылять до любых ворот бессмысленно, так как они заперты. Значит, нужно как-то перебраться через стену, высота которой была не меньше трех метров.
Я уже начинал разевать рот в ложной попытке захватить больше кислорода. Еще немного, и бессознательное в моей голове сорвет маску и вдохнет отраву полной грудью. Десятка таких вздохов будет достаточно, чтобы остаться в этом саду навсегда, а путных мыслей по-прежнему не было. Веревка? Ее нет, но есть ремень, который не за что зацепить. Лестница? Шикарно, надо пошарить по карманам. Хорошо, не лестница, любая опора высотой в метр. Возле ангара стояли бочки, но я смогу доковылять только туда; вернуться обратно, да еще с бочкой, времени уже не останется. Я все-таки зашарил по карманам, сам не зная зачем. Руки коснулись кобуры с обрезом, и в голове промелькнула безумная мысль. Нет, не вышибить себе мозги, хотя я оставил этот вариант, как резервный. Лучше так, чем корчиться от болей в легких.
Я достал оружие и проверил патроны: один пулевой и один с дробью. Отлично! Чуть отошел от стены, прицелился и выстрелил пулей в стену, стараясь целиться в щель между кирпичами на высоте пояса. В стене образовалось отверстие толщиной в палец. Теперь я подошел ближе и целился тщательнее — мне нужно было расширить его. В густой тишине сада раздался еще один выстрел, брызнула кирпичная крошка. Один камешек звонко ударил по маске, но не разбил ее. Тише, ковбой, иначе кратчайший путь к спасению будет кратчайшим путем к гибели! Пыль рассеялась, а в месте выстрела зияло неровное углубление.
Теперь самое сложное. Я подошел вплотную к стене, сунул ветку подмышку, чтобы освободить руки, приподнял больную ногу и сунул стопу в отверстие. Глубоко вздохнув, я резко и как можно сильнее оттолкнулся здоровой ногой вверх. Через мгновение, подлетая вверх, я напряг больную и попытался оттолкнуться ей, используя отверстие в стене, как опору. В последний момент ослабевшая нога подвернулась, но мои руки уже были вытянуты вверх, и я успел зацепиться за край стены. Инерция еще немного мне помогла и, подтянувшись, я лег грудью на торец стены и заорал от нахлынувшей боли. Маска немного заглушила крик, а в голове крутилась только одна мысль: «Не свались обратно!». Я лежал, свесившись, поперек стены, уцепившись за кирпич побелевшими пальцами и мучительно ждал, когда боль немного схлынет. Фильтр уже совсем не пропускал воздух, и я с неимоверным усилием и свистом всосав в себя последнюю порцию, задержал дыхание. Перекинув ноги через забор, я свесился на вытянутых руках, поджал больную правую ногу и расцепил пальцы. До земли было около метра и левая нога не осилила массы всего тела. Я упал назад и перекатился через голову.
Машина стояла в двух метрах от меня, и эти метры показались мне самыми длинными в жизни. Ползком, прыжками я добрался до водительской двери, успев рефлекторно пару раз хватануть отравленный воздух. Очутившись в салоне, я захлопнул дверь, дернул тумблер компрессора и сорвал маску окончательно. Воздух внутри Машины еще не успел очиститься, но в любом случае тумана в нем было меньше, чем на улице. Я сидел, откинувшись, стараясь дышать неглубоко и как можно реже, хоть это было непросто, и не заметил, как потерял сознание.
