Она все же не выдержала и оглянулась, Роман стоял и смотрел ей вслед, сжимая в руке конверт. Сейчас он придет в офис — он знает, что там нет ничего, кроме мебели. Возможно, его уже поджидает Вадик в окружении своих новых друзей, а может, там в разгаре очередное маски-шоу, вот только из участников одни нападающие. В любом случае, Роман может теперь переписать компанию первому встречному бомжу — кроме обязательств, судебных исков и десятка столов со стульями поиметь с нее еще что-то вряд ли удастся.
Сашка откинулась на спинку сидения. Вряд ли Роман выдержит три часа, Сашка склонялась к мысли, что скорее его хватит максимум на два… Она забрала дочку у родителей и на том же такси поехала в аэропорт. Там, пройдя регистрацию, поймала себя, что с волнением поглядывает на часы, поминутно представляя, что сейчас делает Яланский.
Вот он сидит за столом, поставив ее послание перед собой и гипнотизирует цифры в верхнем углу экрана телефона, затем, не утерпев, хватает ножницы и вскрывает конверт. На стол выпадает ключ с номером, обычный ключ от банковской ячейки и доверенность на доступ к этой самой ячейке.
Он уже должен догадаться, не может не догадаться. Вот Роман бежит к машине и срывается с места, чуть не сбив паркинговый шлагбаум, затем влетает в депозитарий банка — того самого, разве все еще не понятно и без содержимого ячейки? Еле дожидается, пока охранник выйдет, выдергивает ящик из ячейки и находит файл.
Первой лежит генеральная доверенность на его имя на новую офшорную компанию «Стил Инвест ЛТД», затем фото Саломатиной Витки в костюме из черного шелка с цветами и с ее именем на обороте, а потом ксерокопия свидетельства о рождении Дарьи Погодиной, где в графе «отец» красным маркером вписано: «Робин Гуд». Последней из файла выпадет записка, в которой есть всего три слова, сестра-близнец той, что он написал ей когда-то, вот только знаки препинания тогда были другие…
А вот на этом Сашкина фантазия заканчивалась, она понятия не имела, что дальше будет делать бывший Робин Гуд. Может, начнет биться головой о стеллаж с ячейками?
… Саша ошиблась на каких-то тридцать минут, выдержки Романа хватило всего на полтора часа. И когда в его руки упала записка «Забудь меня. Эй», он не стал биться о стеллаж головой, он жестко и размеренно бил кулаком в металлические дверцы ячеек, издавая время от времени рык, очень похожий на звериный: «Она. Это была она…» Дверцы погнулись, а он с остервененением продолжал впечатывать в них кулак.
Когда влетели охранники, Роман развернулся и заехал одному в челюсть, другому задвинул под ребро, они вдвоем не могли с ним справиться, пришлось вызывать полицию. Все это время телефон Романа был отключен, чтобы не сбрасывать без конца звонки надоедливого абонента. И Сашка, конечно, не могла знать, что спустя несколько часов к решетке «обезьянника» подойдет полицейский.
— Эй, придурок, трубку возьми. За тебя тут вписались, а жаль, я бы тебя, сволочь, подержал здесь с бомжами, — губа стража порядка была разбита, но и лицо Яланского выглядело не лучшим образом. Он нехотя взял телефон.
— Что тебе нужно? Все что мог, ты уже сделал. Да, я знаю, кто она.
А потом замер и медленно произнес надтреснутым голосом.
— Я тебя понял. Хорошо.
***
Даша обожала самолеты, она так радовалась их внезапному путешествию, что без умолку болтала и только под конец полета спросила о Романе.
— А папа к нам когда прилетит? Ты же обещала все ему рассказать!
— Не знаю, доченька, папа очень занят, вот как освободится, так и прилетит, — Сашку совсем загрызла совесть, когда она увидела расстроенное личико дочери. С другой стороны, после того, как Яланский ознакомится с содержанием ячейки, до момента, как он их разыщет, отсчет пойдет на часы. А запрещать им видеться теперь уже Саша не смогла бы, и с Ильей придется что-то думать…
Ладно, у нее так совсем голова треснет, следует решать проблемы по мере их возникновения. А главной проблемой сейчас был Олешин, нужно еще правильно построить разговор и убедить Олешина ей помочь.
В аэропорту к ним подошел вежливый молодой человек, он представился как Анатолий и проводил Сашку с дочкой в машину. Тут же перезвонил Олешин, извинился, что не смог приехать, и назначил встречу в ресторане.
Анатолий подрулил к одному из новостроев, галантно помог Саше выйти из машины и подхватил чемоданы. Они поднялись на восьмой этаж, дверь была открыта, их поджидала улыбающаяся девушка.
— Здравствуйте, Саша, здравствуй, Дашенька, меня зовут Марина, Станислав Викторович прислал меня побыть с тобой, Даша, пока мама поедет по делам. Проходите, располагайтесь, у вас до встречи еще час.
Квартира оказалась огромной, наверное, Олешин соединил две соседние, и занимала пол-этажа. В прихожей — у Сашки это было половина ее квартиры — стояла детская машина на радиоуправлении, довольно большая, как раз на таких Дашка любила покататься в парке. Саша не стала спрашивать у Марины, чья она, постеснялась. Для Дашки оказалась оборудована детская, причем мебель была совершенно новой, это Олешин за день так постарался?
