Бармаглотище:
Я мысленно желаю ему гореть в аду и с силой грохаю телефоном об стол.
Андрей, конечно же, не может этого не заметить.
Пока я снова пытаюсь хотя бы сделать вид, что контролирую ситуацию, он зовет официанта немного нервным взмахом руки. Мы еще даже не притронулись к десерту, но у меня хватает ума помалкивать.
Март расплачивается за ужин, и я первой встаю из-за стола.
Запрещаю себе оглядываться.
С огромным трудом, но все же сдерживаю обещание.
Нужно сказать Андрею.
Нужно…
— Ты трахалась с ним, Лисица? — вдруг в лоб спрашивает он.
И хоть я морально весь вечер готовилась к тому, чтобы сказать ему правду, его вопрос застает меня врасплох.
Настолько, что я не сразу понимаю, что стою в туфлях и легком пальто на десятиградусном морозе.
— Что? — не сразу понимаю я.
Нет, это точно не попытка уйти от ответа. Я уже настроилась сказать ему правду и в любом случае сделаю это в ближайшие минуты, просто мне хочется понять — откуда?.. Как в его голове вообще появилась эта мысль? Конце концов, я не делала ничего такого. И все мои взгляды можно было бы легко объяснить обычным женским участием, потому что вроде как я в курсе, что Миллер женат и вот эти «посиделки» — это точно не по работе.
Вместо ответа Андрей хватает меня за плечи и встряхивает несколько раз.
Я непроизвольно вскрикиваю, потому что, даже если я заслужила, это все равно слишком грубо.
Он лишь через пару секунд понимает, что его занесло: разжимает пальцы и делает шаг назад, к машине. Проводит рукой по волосам, нервно смеется, а потом снова иронично ухмыляется.
Я тоже отхожу, увеличивая расстояние между нами до более комфортного мне.
— Обычно, Алиса, если телку обвиняют в том, что она ебалась с мужиком, с которым она ебаться в принципе не могла, она инстинктивно скажет «Нет», а не — «Что?»
— Этому тоже учат в архитектурном? — не могу удержаться от сарказма.
Я всегда так защищаюсь.
А еще меня странно раздражает внезапно прорезавшийся в его речи мат.
Не знаю почему. Когда ругается Бармаглот — обычно вообще через слово — это как-то само собой разумеется, привычно и понятно. А иногда еще и будоражит до приятных спазмов в животе.
Но Андрею все это очень не идет.
— Я видел вас, — неожиданно вскрывает карты Март.
Сбивчиво, явно стыдясь, рассказывает, как за мной следил.
Зачем-то киваю.
— В жопу засунь свои кивки, — злится Март.
Снова пытается подойти ко мне, но в этот момент между нами очень вовремя проходит молодая парочка, и это немного остужает его пыл.
Мы оба выдерживаем паузу.
Он прислоняется к машине, а я очень стараюсь не начать отплясывать на морозе, потому что в туфлях на тонкой подошве, предназначенных только для того, чтобы пройтись в них по дорогому ковру от машины до столика.
Андрею, даже если он заметил, вообще по фигу.
А я лучше язык себе откушу, чем признаюсь, что замерзла.
— Я не спала с ним в том смысле слова, в котором это подразумеваешь ты. — Ненавижу себя за этот неуместный канцелярит, но мне так безопаснее. Официальный тон как бы умножает нашу дистанцию на два, и мне немного спокойнее в своем личном пространстве.
— А у слова «трах» есть какой-то другой смысл?! Серьезно?!
— Например, очень сильный удар обо что-то, — делаю каменное лицо.
— Ты вообще охренела?! — взрывается Март.
Точно так же он тогда орал по телефону, и даже через расстояние мне был неприятен его тон. А сейчас даже немного страшно.
— Понимай, как хочешь, — мой ответ. — В любом случае, это не то, что ты думаешь, и между нами ничего нет и не может быть. Ты сам видел, что Миллер… большой любитель женщин. И при этом «примерный семьянин». Просто у нас с тобой все было так запутано, что меня пару раз занесло. В конце концов, ты ведь тоже не святой.
Андрей делает вид, что у него проблемы со слухом, но я не собираюсь поддаваться и молча жду, когда он переварит услышанное.
— Я не изменял тебе! — орет так громко, что на нас, кажется, оборачивается вся улица. — Я был верен тебе, Алиса, потому что люблю тебя, дуру конченую! Я все твои выходки терпел, все тебе прощал, все…
Андрей вскидывает руки, как будто у этого спектакля целый стадион зрителей и он выкладывается на все сто.
— Ты мне все прощал? — Теперь уже моя очередь делать вид, что у меня проблемы со слухом. — Что ты мне прощал?
— Что тебя шатало в разные стороны! То ты меня хочешь, то не хочешь, то я тебе нужен, то не нужен, то ты вообще что-то думаешь, прикидываешь и вообще ставишь условия, где и как ты мне собираешься дать, и какое свидание для этого великого дара подходит больше всего! Старому херу тоже говорила, что раньше третьего — ни-ни?!
Мотаю головой, молча проглатывая обидные слова.
Где-то в них есть доля правды — я действительно немного «моталась». Но только потому, что до конца не понимала, что между нами. Просто свидания без обязательств? Что-то с намеком на продолжение? Затянувшиеся смотрины? Краткосрочная аренда?
