– Рут, хочешь правду? Бабушка боялась, что это помешает ей воссоединиться с мамой. И будем честны, так бы оно и вышло. Мама до сих пор злится на деда и делает много других не до конца понятных мне вещей. – Он опять выглядит потерянным. – Как бы то ни было, что для одного причина, для другого – оправдание. Надо было сразу рассказать тебе, когда мы только начали сближаться. А теперь, похоже, слишком поздно.
Рут поднимает взгляд на беззвездное ночное небо и представляет ясные небеса, ожидающие Гейба в его поездке. Все эти созвездия, сверкающие над Аризоной, и Колорадо, и Калифорнией, узоры, которые он сможет обвести пальцем. Смысл, который может обрести его жизнь.
В другой жизни она бы попросила его взять ее с собой.
Но им не суждено быть вместе.
Рут отрывает взгляд от беззвездного купола и смотрит в глаза, напоминающие стеклышки из моря. Улыбается.
– Не пропадай, – говорит она.
Рука об руку они возвращаются в «Суини», Ресслер идет впереди.
Спустя два дня Рут просыпается и слышит новость: найдена Коко Уилсон.
Живая и невредимая.
Девочка, которую в июне свидетели заметили в Алабаме, действительно оказалась Коко. Ее похитил человек по имени Картер Коллинз, ее биологический отец.
Как выяснилось, Айви Уилсон не рассказывала Картеру о Коко и никому, кроме ближайших подруг, никогда не говорила о своих отношениях с Картером. Их короткий бурный роман случился во время учебы в аспирантуре в Университете Луизианы. У Картера была постоянная девушка и ужасный характер (как и у школьного парня Айви, думает Рут). Когда Айви поняла, что беременна, Картер уже перевелся в Техас; его постоянная девушка уехала туда годом раньше.
Сообщать ему о дочери Айви не видела причин – он в любом случае не собирался заводить с ней детей. Но когда одна подруга Айви проболталась, дочь Картеру тут же понадобилась. Понадобилась до такой степени, что он выследил Коко в Хобене и умчал в арендованном фургоне, призвав на помощь свою молоденькую подружку по имени Кэти. Ту самую девушку, которую пожилая соседка видела в 15:33, в день исчезновения Коко. Кэти предложила Коко погулять с ее песиком по кличке Майло, и если бы соседка задержалась у окна еще ненадолго, то увидела бы, как Коко с гордым видом ведет собачку со двора. Или, скорее, как Кэти ведет Коко прямиком в руки ее отца, с которым девочка никогда не встречалась и даже не подозревала о его существовании.
«Какое же это похищение, если это его собственный ребенок», – причитала Кэти, когда сотрудник полиции штата остановил серый седан на границе с Техасом. Сзади в машине сидела озадаченная Коко, Майло спал у нее на коленях.
Разумеется, со временем все подробности выяснятся. А пока вокруг этой сенсационной новости о благополучном возвращении Коко повисла напряженная тишина. Позднее найдется масса людей, согласных с юной Кэти. Картеру станут оказывать материальную и моральную поддержку, в его лице увидят очередной пример отвергнутого отца и оправдание тому, почему мужчины порой вынуждены вершить правосудие собственными руками.
«Если мужчину довести до крайности…»
И никто даже не подумает извиниться перед Лео Уилсоном за то, что его сделали козлом отпущения. Думая о Картере Коллинзе, Рут вспомнит о Джине и Ари, сестрах, убитых их отцом в Мельбурне. С другого конца света она будет следить за новостями вокруг этого убийства и с изумлением обнаружит, что фокус сместился. Тех, кто в Сети обвиняет мать девочек в поступке отца, уже немало. Даже в центральных СМИ, когда речь заходит о преступлениях Брента Митчелла, вместо слова «убийство» уже начало проскакивать слово «трагедия». Как будто девочек погубили боги, а не озверевший отец, жаждущий причинить боль их матери, заранее все просчитав.
«Если мужчину довести до крайности…»
Пэтти Лавли была права: похоже, все станет только хуже.
Но это еще впереди. А сегодня, в один из августовских дней 2015 года, осмысливая новость о благополучном возвращении Коко, Рут плачет от радости за малышку и ее семью. А еще она знает, что «живая и невредимая» – это только начало. Рут не сомневается: Коко Уилсон ждет много тяжелых дней и еще больше тяжелых ночей.
Вот как она наконец сможет помочь. Она станет для Коко тем, с кем можно поговорить, кто понимает, через что ей пришлось пройти, когда ее похитили. Рут решает при следующей встрече попросить Билла и Пэтти Лавли познакомить ее с семьей Уилсон, когда придет время.
– По-моему, замечательная идея, – говорит Бет. – У тебя, к сожалению, была только я.
Рут звонит инспектору Кэнтону.
– Вы ведь наверняка знали, да? – спрашивает она, сидя в кровати. – Что это, скорее всего, сделал биологический отец.
Он говорит, что обсуждать такие вещи ему не положено, однако голос звучит ласково.
Затем, как и при разговоре с Биллом и Пэтти несколько недель назад, она рассказывает ему обо всем, чем в последнее время занималась со столь неистовой одержимостью. О заморских путешествиях, о подкасте, даже о том, как ходила домой к Бобби Джонсону. Услышав последнее, Кэнтон тяжело вздыхает.
