— Понимаю. Это, так сказать, личная благодарность.
— Не совсем. Вы ведь и правда герой Борсии. А это напомнило мне, что я должен хоть как-то вас отблагодарить.
«Точно, — подумал Виктор. — Я совершенно забыл об этой роли».
— А ведь Алексей Птичкин, — сказал он, — мог стать королём Борсии. Вы только подумайте!
— Да уж… Хорошо, что мы с её величеством откинули его кандидатуру.
— А скажите, если бы не было этой войны, то он бы оставался женихом принцессы и стал бы королём?
— Нет, наверное. Я бы не хотел выглядеть тираном в глазах дочери.
— Как так?
— Да очень просто. Пару лет назад мы с Петром Птичкиным решили женить наших детей. Объединить династии. Тем более что Алексей быстро полюбил Дашу, мы расхвалили ей его, он нам с Татьяной тогда казался идеальным наследником престола. А принцесса всегда была очень послушна и любила меня и свою мать. Ей и самой понравился жених. Но потом она решила с ним расстаться. И тут, уже после этого, началась война в Турдистабе.
«Значит, она не любит принца, — решил Виктор. — Но нельзя, чтобы разговор с этой стороны подкрадывался к теме разрушения города».
— Я слышал, — начал собеседник его величества, — что город нуждается в средствах на восстановление.
— Да, — с горечью проговорил Александр. — Нужно пятьдесят миллионов золотых.
— Надо же! — проиграл удивление Виктор. — Какая большая сумма! А уже установили, кто это натворил?
— Нет. Пока ничего об этих подлецах неизвестно.
— Знал бы я, кто это, вывернул бы им глотку!
— Я в вас не сомневаюсь, дорогой друг! — казалось, губы монарха под седыми усами немного дёрнулись вверх.
— Раз уж такая ситуация, у меня есть предложение.
— Какое же?
— Я предлагаю нам вдвоём восстановить Доброград.
— Это как же? — удивился король.
— С вас двадцать пять и с меня двадцать пять.
— Право, вы разбрасываетесь своими деньгами!
— Почему же? Это мой родной город.
— В Кроне столько миллионеров, но ни один не прислал мне больше десяти тысяч! Откуда же у вас такие средства?
— Моё состояние в данный момент равняется пяти миллионам, я продам одно из своих предприятий стоимостью как раз в двадцать. Поживу ближайшее время на эти двадцать тысяч, которые я сегодня получил. А потом, глядишь, и деньги вернутся из прибыли других предприятий.
«Да, конечно, они меньше, чем «Миля», в которой я продаю и обслуживаю трансоли, — заодно отдохну немного, — но и они деньги приносят», думал Виктор. Почти всё его свободное время занимала эта компания, а лишние сотни тысяч ему были сейчас не нужны. — «Но всё же я останусь обеспеченным человеком, — только придётся как-то решать проблему с Оксанкой, Леонидом и Василием. Нужно будет ещё что-то продать и подумать, где ещё взять денег». Ближайшая прибыль будет только через два-три месяца, а разрулить все проблемы, и свои, и семейные, на двадцать тысяч сейчас в ситуации Виктора будет сложновато.
— Вы потрясающий человек! — воскликнул король. — Я уже вложил десять, и работы ведутся во всю. Ещё пятнадцать в казне найдётся.
— Я рад. А теперь у меня к вам просьба.
— Для вас — всё что угодно!
— Спасибо. Я желаю переговорить с принцессой.
— Я уже не устраиваю наших граждан, и они требуют мою дочь?
— Нет, что вы, ваше величество. Вы великолепны.
— Итак. Можете лететь ко мне во дворец. Я абсолютно ничем вам не мешаю, и вы можете у меня ничего не просить. Моя дочь у себя.
— Благодарю.
И Виктор вышел.
Он сразу же, не теряя ни секунды, покинул здание гвардии и быстро долетел до дворца королей Борсии, всю дорогу подгоняя водителя Индервуда Александрова. Только они приблизились к дворцу, как его встретила королева Татьяна с парой слуг.
— Здравствуйте, Виктор, — приветствовала она экс-гвардейца. — Как поживаете?
— Хорошо, ваше величество, — весело ответил герой Борсии, с достоинством склонив голову.
— Поздравляю с награждением.
— Спасибо.
— Очень жаль, что вы ушли из гвардии.
— Что поделать, — развёл руками Виктор. — В мои руки попало огромное состояние — надо вложить его в дело. Но если что, я всегда на службе.
— Я рада. Могу ли я поинтересоваться, зачем вы нас посещаете сегодня?
— Я прибыл пообщаться с принцессой. Она у себя?
— В том-то всё и дело, — грустно усмехнулась Татьяна.
— Я не понимаю.
— Она уже второй день сидит в комнате и ни с кем не общается, постоянно, как мне показалось, думает. Я даже не знаю, примет ли она вас.
«Конечно, — подумал Виктор, и на лице его промелькнула улыбка. — Полгорода разгромить! Надо же о своём поведении подумать!» — а затем сказал:
— Но может, можно попробовать.
— Попробуем, — и Татьяна провела гостя во дворец.
Виктор давно здесь не был. Белые стены, серебро, золото, скульптуры перед лестницей, вазы. Он сидел на одном из богатых кресел с мягкой периной и рассматривал какую-то из картин рядом со стойкой оружия: мечей, копий, топоров и прочего, когда королева выясняла, что с принцессой.
Но как только Татьяна известила дочь о госте по внутреннему тилису, та сразу же попросила Виктора скорее подняться. Мать недоумённо пожала плечами и ушла. Один из придворных слуг повёл Виктора по лестнице, затем по коридору и наконец указал на дверь.
