Он спрыгнул с верхней полки.
— Так значит, ты бы согласилась? — радостно прошептал он.
— Да.
Иван приблизился к ней и хотел поцеловать, но Даша его остановила.
— Давай сделаем это на прощание, — сказала она.
— Давай, — согласился гвардеец.
Эти несколько часов они провели очень весело, то с Виктором, то Дурновой, то еще с некоторыми людьми.
— Жаль только то, что ты сегодня уезжаешь, — несколько раз омрачал его Виктор. Даша соглашалась.
Они много веселились. Подходили к обрыву, который вёл к речке, вместе с другими гвардейцами и помощницами. Там Иван сначала вместе со своими приятелями поджигал и тушил голову, поднимался над обрывом на огненном вихре. Украдкой, почти неосознанно, он поглядывал, смотрит ли на него Даша. Потом она подошла с подругами. Он поднимал её на руки, потом кто-то из девушек ещё просился к нему, но он вежливо уворачивался.
Как-то он увидел их с Олесей лежащих на деревянном столе. Олеся разделась до нижнего белья и загорала. Дарья на такой шаг не пошла. Он подошёл к ним и о чём-то начал говорить с Дашей. Олеся вскоре ушла, её позвали какие-то парни. И вот, когда они уже шли к зданию, Даша невинно полюбопытствовала:
— Каким должен быть идеал твоей девушки?
— Ну… — Ивана этот вопрос явно озадачил. — С ней должно быть легко общаться… Ну и…
И вот, когда они сидели на очередном собрании гвардейцев, Ивану одна из помощниц одними губами сказала, что за ним приехала трансоль. После собрания Иван с Дашей пошли в кладовую.
— Ну что? — радостно и грустно спросил Иван. — На прощание.
Они подошли друг к другу и слились в поцелуе. Иван закрыл глаза. Он чувствовал, что снова сливается с девушкой губами, хотя, может быть, она и не прекрасно это делала, но он был в восторге. Они обнимали друг друга за плечи и целовались…
Вскоре это закончилось.
— Ты закрывал глаза, — смешливо заметила она.
Иван улыбнулся и промолчал. Он оставил свой чемодан здесь и пошёл наверх собирать вещи. Оставляя Илье свою зубную пасту, он задумчиво спросил:
— А может, не уезжать?
— Не уезжай, — говорил тот. — Если не хочешь, зачем?
— Нет, я хочу.
— Тогда уезжай.
Иван вздохнул, попрощался взглядом со стенкой этой спальни… Он пошёл попрощаться с помощницами старших гвардейцев.
Одна из них, по рассказам Даши, конфликтовала с ней говорила.
— Ты уезжаешь, — сказала помощница. — А как же твоя Дашка, как она без тебя?
— Ты мне лучше пообещай, что не будешь к ней приставать.
— Да я и не…
— Пообещай!
— Ну ладно…
Иван взял вещи и подошёл к лестнице. Там он снова встретил Дашу… Этот поцелуй вышел сам собой, без каких-либо слов. Он показался Ивану очень сладким, но, услышав чьи-то шаги, она испугалась и отскочила. Затем Иван видел, как она, понурая и грустная, пошла в свою спальню. Иван решил, что больше не встретит ее.
Он спустился вниз, забрал у людей, приехавших за ним, вещи, которые успел взять, отправился в раздевалку взять куртку. Тут в неё ещё раз вошла Даша.
Они снова поцеловались, и Ивану показался этот поцелуй самым лучшим.
— Ты в кладовую? — удивлённо спросила она.
— Да, нам по пути.
Зайдя туда, он взял свой чемодан и начал укладывать туда вещи. И тут она остановила его.
— Постой, — сказала она. — Может, не будешь уезжать?
Она была уже другой, не такой, как до его отлучки на прошлых выходных, даже не такой, как сегодня утром или перед их первым поцелуем. Она была как-то мягче, добрее, ближе. Он подошел к ней и начал объяснять.
— Да понимаешь, я тут сижу уже два месяца. Я хочу отдохнуть, мне здесь надоело. Тем более со мной тут никто не считается, принимают за глупца, кому это нужно?
— Мне, мне, я прошу тебя, останься!
Иван отвернулся от нее и пошёл собирать вещи дальше. Он старался не смотреть на неё, ибо хотел уехать, а сейчас даже проявить характер, а, несмотря на неё, это было гораздо легче.
— Я не могу, — он запихивал какой-то свитер в чемодан. — Просто, понимаешь, не могу!
— Ну пожалуйста, я прошу тебя, ты мне здесь нужен. Останься ради меня, я прошу, — в ее голосе звучала глубокая печаль, и даже плач души. Он не знал, плачет ли она, но по голосу могло быть и так. Он не поворачивался. — Пожалуйста, хотя бы на неделю. Слышишь, останься, ради меня, я прошу…
— Пойми, я не могу, — уже даже растеряно, дрожащим голосом говорил он.
— Почему? Можешь.
— Просто не могу, пойми.
Они вышли из кладовой, а когда начали подниматься наверх, она попрощалась с ним и побежала вперед.
Иван подошел к провожающим, оставил чемодан и пошел в дальнюю комнату оформлять документы. Здесь, за столом, как обычно сидела королева. Она быстро поставила везде свои подписи.
— Ну что, решил? — спросила она.
— Да, — просто сказал он. — Чего уж сидеть…
— Удачного тебе, Тишков, отпуска.
— Спасибо. И передайте горячий привет Даше от меня, — он сказал это очень скованно, затем забрал документы, попрощался и вышел.
В коридоре он встретил Виктора.
— Что ж, — сказал друг. — Удачи, осенью встретимся.
— Ага.
Иван вышел из штаба и помахал ему рукой. Он был отчасти рад, что уезжал наконец-то и теперь впереди его ждет лишь отдых.
