— Прямо не знаю, что и думать, — тихо пробормотал Вэленс. — Я и не мечтал встретить в Европе подобное дружеское участие.
Несмотря на строгие инструкции, полученные от Холмса, Лестрейд тем вечером прервал наблюдение за Вэленсом, едва тот отправился спать. Вместо этого сержант проследил за маркизом Монморанси. Стройного аристократа в кремовом полотняном костюме с розой в петлице, лимонном жилете, коротких гетрах, замшевой шляпе и лакированных туфлях было легко разглядеть в любой толпе. Он не взял кеб, а быстро зашагал сначала мимо клубов Пэлл-Мэлл, затем по широкой и элегантной Сент-Джеймс-стрит, дальше по Пикадилли и, наконец, свернул на Бонд-стрит.
Монморанси остановился возле старомодной, с лепными украшениями, витрины магазина Ренье, наблюдая за тем, как продавец перед закрытием собирает драгоценности на бархатных подушечках. Прежде чем на окно опустилась металлическая решетка, маркиз проскочил внутрь и о чем-то поговорил с продавцом, одетым в двубортное пальто. Через несколько минут он вышел и направился назад к «Чаринг-Кроссу».
Если у Лестрейда и были какие-то подозрения насчет этой покупки, они рассеялись, когда Монморанси настоял на том, что не возьмет денег, пока не доставит ожерелье. К тому же он честно и прямо сообщил Вэленсу о своем визите. Вечером в курительной комнате игроки снова уселись за карточный стол, и Лестрейд услышал, как маркиз сказал австралийцу:
— Я заходил сегодня к Ренье. Никаких трудностей с покупкой не будет. Если желаете, напишите продавцу записку, подтверждающую, что вы доверяете мне расплатиться и забрать товар. Что же касается скидки, то можете считать, что разница в цене уже лежит в вашем кармане.
Вероятно, все так и было на самом деле. Они играли в баккара, и к концу вечера Вэленс лишился двадцати фунтов. Прежде он часто выигрывал и не мог, конечно же, позавидовать незначительному успеху своего благодетеля. По совести сказать, жульничества Лестрейд не заметил. Он был наслышан о самом распространенном трюке в баккара, когда нечестный игрок прячет в рукаве лишнюю карту, чтобы в нужный момент использовать ее и повысить ставку. Но ничего похожего на сей раз не наблюдалось.
Лестрейд окончательно поверил бы в добропорядочность маркиза Монморанси, если бы не то странное любопытство, заставившее аристократа тайно проникнуть в номер друга и осмотреть окурки в пепельнице.
На следующий день Майкрофт Холмс встретил сержанта, сидя за широким столом перед окном, выходящим в Сент-Джеймс-парк. Он отнесся к отчету Лестрейда с подчеркнутым безразличием.
— Всякий согласится, что человек, играющий в карты ради обогащения, заслуживает того, чтобы обчистили его карманы, — заметил советник правительства. — А с ожерельем все ясно: эта дружеская услуга понадобилась маркизу для того, чтобы Вэленс чувствовал себя обязанным. Тогда он останется за карточным столом даже после крупного проигрыша. Нравится это ему или нет, они ведь стали постоянными партнерами? Осмелюсь предположить, что мой брат вряд ли поддержал бы меня в этом вопросе. Кстати сказать, он снова интересовался пальцем Вэленса.
— Палец как палец, — недовольно проворчал Лестрейд. — Ничего особенного в нем нет и быть не может.
Майкрофт Холмс поднял свое большое тело из-за стола и тряхнул головой, как собака, выходящая из воды:
— Нет, может. Если мой брат просит обратить на что-то внимание, не сомневайтесь: это неспроста. Однако я не могу больше заниматься вашим делом. Так же как ответить на вопрос относительно окурков. Хедив [56]Египта только что объявил войну Абиссинии, Британия тоже может оказаться втянутой в конфликт. Кроме того, турки устроили резню в Болгарии, и теперь у нас наверняка возникнут осложнения с русскими и с Германской империей. Вы с моим братом должны понять, что у меня сейчас хватает забот поважнее, чем ваши пальцы и окурки. Всего хорошего.
Шерлоку Холмсу все-таки сообщили о подозрениях Лестрейда, уверенного в том, что мошенники хотят обобрать Вэленса до нитки за карточным столом, отвлекая обещанием скидки. Ответ прибыл почти мгновенно:
НУЖНЫ ФАКТЫ ЗПТ А НЕ ПРЕДПОЛОЖЕНИЯ ТЧК ПРЕКРАТИТЕ НАБЛЮДЕНИЕ ЗА ПАЛЬЦЕМ ВЭЛЕНСА ТЧК ХОЛМС ЗПТ ГОСТИНИЦА КРИЙОН
На другой день Вэленс опять спустил за карточным столом изрядную сумму, но в итоге по-прежнему оставался в выигрыше. Следующий вечер принес такой же результат. Однако австралиец воспринял неудачу с философским спокойствием, поскольку его новый приятель Монморанси сообщил, что ожерелье уже готово и завтра его можно будет получить. Вэленс заверил любезного аристократа, что немедленно возместит ему все расходы.
Из обрывков разговоров Лестрейд узнал, что все уже готово к покупке драгоценностей. Вэленс, как обычно, сразу после игры отправился спать. Монморанси же подошел к портье и, опираясь на полированную стойку из красного дерева, заговорил с ним. Сержант прислушался. Маркиз сообщил, что завтра утром собирается уезжать, и попросил подготовить ему счет. Затем он пересек мраморный холл отеля, вышел на Стрэнд и сел в кеб.
