Под фото Ленни была фотография, чуть меньшего размера, его матери Норы. Женщина спускалась по ступенькам полицейского участка, прижимая к груди кружевной носовой платок. Ее глаза опухли от слез, а рот исказила безжизненная гримаса. Фотография сопровождалась подписью: «Убитая горем мать скорбит. “В глубине души я знаю, что Ленни жив, – сказала Нора Линкольн после того, как официальные лица округа прекратили поиски ее сына. – Я просто хочу, чтобы мой ребенок вернулся домой”. Ленни Линкольн, шести лет, пропал без вести месяц назад. Теперь он считается мертвым».
Сьюзен прокрутила страницу до следующей статьи, тоже из «Перрик уикли». В ней – «Люди объединяются для поисков пропавшего мальчика» – речь шла главным образом о поисковой группе, организованной для поисков Ленни на следующий день после его исчезновения. Здесь тоже была фотография, сделанная в начале поисков. Казалось, там действительно собрался весь город: фермеры, старшеклассники, пожарники-волонтеры, полицейские с вислоухими собаками, мужчины и женщины всех возрастов. Они обыскали ферму Линкольна, лес, здание школы, парк, железнодорожные пути и все магазины в городе, даже те, в которые Ленни не стал бы заходить, такие как магазин тканей и мясную лавку. Протралили озеро. И осмотрели участок Никола – вот только, очевидно, не искали под землей, хотя Ленни мог уже лежать в могиле.
Если Ленни Линкольн на самом деле тот Мальчонка в комбинезоне, еще раз напомнила себе Сьюзен. Также оставался шанс, что она хватается за соломинку, связывая два совершенно не связанных преступления.
В блоге больше не было других статей на эту тему, хотя Пеппер приводил дополнительную информацию о Линкольнах, используя беспорядочно расставленные звездочки.
Сьюзен распечатала несколько скриншотов из блога Пеппера, а затем закрыла его. Для верности она провела еще один поиск о семье Линкольнов и не слишком удивилась, когда ничего не обнаружила.
Вся загвоздка была в том, что в 1960-е еще не придумали интернет. Даже полиция Перрика не перешла полностью на «цифру» до начала 2000-х. Сьюзен знала это по собственному опыту, поскольку еще подростком была волонтером. Как одна из тех невезучих, кого выбрали для набора древних рукописных текстов, она могла подтвердить, что даже работа с парой незначительных дел требовала нескольких часов. Насколько знала Сьюзен, цифровой обработке подверглась информация о преступлениях, произошедших в конце семидесятых. Все более ранние рукописные материалы остались в коробках и хранились в подвале участка, где им, вероятно, предначертано оставаться до конца времен.
С распечатками в руках Сьюзен вернулась в гостиную, чтобы найти мобильный телефон и позвонить Эду. Тот не взял трубку на своей прямой линии в участке. Его сотовый телефон также перенаправил ее на голосовую почту, что было странно; обычно, если с ним нельзя связаться по одному телефону, он доступен по другому. Сьюзен позвонила по главной линии, чего ей делать не хотелось, так как это подразумевало разговор с офицером Фрэн Терри, в сравнении с которой печально известный своим вспыльчивым характером офицер по условно-досрочному освобождению Джуно Томисато выглядел столь же безобидным, как плюшевая игрушка.