Войдя в город, беглецы увидели, что дома, как правило, из камня. Много было двухэтажных домов, где на первых этажах размещались лавки. Чтобы не выделяться одеждой, они купили местную одёвку. Тут же за углом лавки переоделись. И вовремя. Не успели парни пройти несколько шагов, как им встретился татарский отряд. На них никто не обратил внимания. Василий толкнул в бок друга: «мол, смотри, как вовремя».
Идя за потоком людей, они вскоре вышли на рынок. Тут торговали и русские, и турки, и литовцы, и поляки...
— Ишь, — дивился Василий, — народу-то тьма. Не меньше, чем в Сарае!
— Чё, Василь, делать будем? — спросил Алберда, опуская чувал на землю.
Василий поставил рядом свой чувал и стал оглядываться по сторонам.
— Знакомого кого ищешь? — пошутил Алберда.
— Да не, — ответил тот, серьёзно восприняв слова друга, — кого тута найдёшь. Даль-то кака.
— Э-э, друг, всяко быват. Вот мне сказывали...
— Эй, — раздался рядом чей-то голос, — чё рты разинули? Работу ищете? — к ним подошёл плотный, небольшого роста мужик. Его чёрные, как сажа, волосы распадались на две части, закрывая уши. Посреди был широкий пробор. Глаза тоже чёрные, блестящие. Лицо загорелое, начисто выбритое.
— Работу, говоришь? — отозвался Алберда. — Давай, пособим.
— Тогда пошли.
Он привёл их к каменному строению без окон, но с большими, как ворота, дверями. Он с трудом открыл одну половину и рукой пригласил парней войти. Это был склад. Вдали, по обе стороны от прохода, аккуратно сложены мешки с зерном. А прямо у входа тоже лежали мешки, но как попало.
— Сложите половину — суды, половину — суды, — говоря, он указывал рукой.
— Сколь заплатишь? — спросил Алберда тоном бывалого работяги.
Хозяин окинул взглядом этих могучих парней и ответил:
— Не обижу.
Беглецы переглянулись. Алберда согласно кивнул головой.
Парни растащили эту кучу за полчаса. Когда вернулся хозяин, они сидели на мешке. Острый взгляд хозяина быстро оценил работу. Она была выполнена на совесть. Он одобрительно крякнул и сказал:
— Пошли.
Друзья бросили чувалы за спину и двинулись за ним.
Он повёл их в свой дом. Жил он недалеко от рынка. У него за невысокой каменной оградой был большой каменный одноэтажный дом. Маленький дворик окружали несколько хозяйственных строений. По запаху, царившему там, можно было понять, что в них содержалась скотина. Хозяин провёл их в небольшую, с одним окошком, комнату, в которой, кроме стола да табуретов, больше ничего не было. На столе дымился котелок, из которого исходил запах отварного мяса вперемежку с какими-то специями. Три тарелки, три кружки, три ложки, а ещё корчага с какой-то жидкостью — всё это тоже было на столе. Хозяин пригласил их за стол, взял корчагу, налил вино в кружки.
— Это молодое вино, — пояснил он, — пробуйте.
Черпаком зачерпнул из котла варево, разлил его по тарелкам. Варёного беглецы давно не ели. В дороге питались только всухомятку, упрашивать их не надо было. Так что котёл быстро опустел.
Поев ещё лепёшек с молоком, гости стали прощаться. Они поднялись, но хозяин покачал головой:
— Не торопитесь, я ещё не рассчитался.
Он достал кисет, отсыпал несколько монет перед Албердой. По-видимому, посчитал его за старшего. Тот, ни слова не говоря, сгрёб их в карман и проговорил:
— Спасибо, хозяин, за сытный обед, премного те благодарны. А нам пора.
Провожая их до калитки, купец дорогой сказал им:
— Я здеся живу давно. Вижу, вы тут только появились. Чую, путь ваш дальний. Узнать о нём советую в нашей харчевне. Вот пойдёте по этой дороге, — и показал рукой, — смотрите направо. Увидите дом в два этажа. Внизу едальня, а наверху — комнаты для приезжих. Советую пожить там. Разного люду полно. Если вас будут расспрашивать, берегитесь. Это могут быть ханские глаза и уши. Выбирайте лучше матросов. Это бывалый люд, многое знает. Ладно, бувайте.
Когда они отошли от дома три-четыре десятка шагов, Василий вдруг остановился.
— Ты чё? — повернулся к нему Алберда.
— Знашь, Алберда, мне что-то етот мужик уж больно подозрительным показалси. Кабы ён щас не побёг до татарского мурзы. А?
Алберда задумался, почёсывая затылок.
— Стой! Сколь он нам дал?
С этими словами Алберда полез в карман, достал деньги, рассыпал их на ладони. Василий быстро сосчитал.
— Тута шестьдесят копеек, — сказал княжич.
— Мда-а, — Алберда сжал кулак и опустил руку в карман, — а чё, неплохо, ведь ещё жратвы дал. Знашь, Василь, а давай ляжем за те кусты и посмотрим: побежит ён куды, аль нет.
Выбрали кусты погуще и залегли. Долго лежали, но мужик не выходил.
— Не, — подымаясь произнёс Алберда, — никуды он не пошёл. Айда!
Поднялся и Василий. Нехотя поднял чувал. Мужик правильно им рассказал, где был трактир. Народу почти не было. В него обычно шли прибывшие иностранцы.
Беглецы взяли угловую каморку, окна которой выходили в жиденький сад, за ним виднелась низенькая ограда. Перемахнув её, оказываешься в заросшей кустарником, пересечённой обвалами, оврагами, местности. Эту каморку выбрал Василий, сказав Алберде, что второй раз ему попадать в татарские руки — смерти подобно. Алберда с ним согласился и предложил спать по очереди:
