Через полтора часа они вернулись. Поляков в городе не было. То есть войска не было, гарнизон остался. Встречные местные жители рассказали, что поляки пришли восемнадцатого после полудня, передохнули в городе, привели себя в порядок и вчера рано утром ушли на север. Надо было догонять и искать.
Наскоро пообедали. Станислав спешил, досадуя, что поздно вышли из Городла, поздно решили посылать разведку, все поздно. По его прикидкам, требовалось проехать еще столько, а то и больше, чтобы нагнать поляков, а времени уже было около четырех часов пополудни. У Холма оставили пятерых и поскакали на север.
До захода солнца одолели еще поприщ двадцать, вконец замотав коней. Но Станислав поехал бы и дальше, если б не кончилось открытое пространство: опушка неожиданно загнулась левей, потом прямо на запад, они скакали вдоль нее, надеясь, что вот-вот она завернет, и она завернула, но не на север, а на юг. Пришлось остановиться и даже возвратиться немного назад, чтобы не разминуться со своими, если вдруг кто-то поскачет вдогонку.
Солнце село, но было еще светло, и Станислав решил проверить лес. Они отыскали ручеек, чтобы напоить коней, забрались вдоль него подальше в чашу и спешились.
— Так, ребята! Коней поить, кормить, костерчик, ужин, — все как полагается, а я с Алешкой дальше в лес прогуляюсь. Может, до чего доберемся... Князь, ты как — не устал?
— Да ты что!
— Тогда вперед. Алешка, давай прямо на север.
И они пошли. Около часа шагали по тихому лесу, пока совсем не стемнело. Станислав решил было уже возвращаться. И тут сказалось ли чутье следопыта, или по виду леса Алешка определил, но он попросил:
— Давайте еще чуть пройдем, кажется, кончается лес.
— Ну давай! — охотно согласился Станислав.
Минут через пять меж деревьями как будто чуть посветлело, а еще через пять они вышли на опушку и замерли.
Перед ними поприщ на пять расстилалось открытое поле, и в дальнем его конце, чуть правее, горело множество костров.
— У-тю-тю! Тю-тю! — присвистнул Станислав. — Вот так удача! Вот это называется повезло! Чуть влево или право уехали бы, да что там! — поверни мы назад — и до завтрашнего утра черта бы что нашли! Ну, Алешка, молодец! Теперь у нас вся ночь впереди! А вдруг это не поляки, а наши... Надо узнать! — Станислав загорелся азартом.
— Ребята с ума сойдут, — напомнил Алешка. — Возвратиться надо.
— Станислав! А какая разница, свои или чужие? Они ведь в любом случае соприкоснулись. И в любом случае надо скорее Любарту направление давать... — Митя говорит с опаской.
Станислав резко поворачивается к нему, прикидывает что-то:
— Верно, князь, верно! Сначала гонцов пошлем, а потом получше разузнаем и вдогон еще весть! Алешка, давай назад! Не сбейся, я ни черта ночью в лесу не понимаю.
Алешка выводит их назад, костер замечается издали.
— Как бы нас не подловили с этим костром.
— Бог даст... Если это и поляки, все равно далеко. И чего им сзади особо разглядывать. Нам бы часа три перебиться, чтоб кони вздохнули.
Разведчики встретили их радостно, они действительно забеспокоились, долго ожидая.
Станислав распорядился:
— Сейчас ужинаем. Часок вздохнем и: Корибут и Минигайло, седлайте — и назад в Холм. Бобру и Любарту весть, чтобы шли сюда, тут громадный лагерь за лесом, вероятно, поляки. Ивар с Василием, ложитесь спать, Остей с нами. Мы узнаем все точно, разбудим вас, и вы погоните вслед, уже настоящие вести. А мы будем вас дожидаться.
Поев и отдохнув около часа (Митю стало клонить ко сну), отправив Корибута и Минигайла, Станислав с князем, Алешкой и Остеем направились узнавать, что за лагерь, наказав Ивару и Василию не гасить костерчик.
Больше часа они подбирались к кострам, боясь напороться на сторожей. Время шло к полуночи. Крались неторопливо и терпеливо. Наконец приблизились настолько, что стали слышны голоса. Вслушивались недолго — это была польская речь.
— Все ясно, — прошептал Станислав. — Давайте посчитаем костры, сверим и прикинем, сколько их, да назад.
Они долго считали, сверялись, снова считали. Выходило что-то уж слишком много, пока Митя, не умевший считать войско по кострам, и сейчас скучавший, не предположил:
— А может, там дальше уже наши?
— А!! Ну, князь, ты даешь! Очень даже может такое... Но тогда чего считать? Давайте-ка еще поближе подберемся, может, увидим что.
Пока подбирались, по лагерю поляков пошел какой-то шумок.
— Станислав! Похоже, они манатки собирают, — говорит Остей.
— Похоже, — вторит Алешка. — Слышите, запрягают.
— Интересно! Это что же, вперед или назад? Надо узнать! — горячится Станислав.
Через полчаса слышится шум отъезжающих повозок. Он нарастает, повозки движутся в сторону разведчиков. Они распластываются за едва заметным пригорочком, готовые сорваться с места. Повозки проезжают перед ними куда-то влево, слышится тихий говор, шепот (значит, скрытничают, опасаются чего-то!). И вдруг явно, довольно громко — стоны!
— Раненых увозят! — шипит Станислав. — Значит, сражение уже было! Значит, и наши недалеко! Черт! Что же будет?
— А что будет? Любарт все равно далеко. Они, поди, у Холма ночуют.
