— Я уверен, что меня не сочтут привлекательным, — упирался Дин. — Я уже, э… штаны намочил и все такое. — Это, вообще говоря, было правдой: в процессе испытаний последних полутора дней он намочил штаны, и даже еще хуже, и сам к себе испытывал брезгливость. Но если нечистоты отвратят элементаля, Дин вовсе не возражал.
Калкариил отнесся к этому заявлению со всей серьезностью. Он кивнул и сказал:
— Это, во всяком случае, я могу исправить. — Он подошел к Дину и коснулся его рукой еще раз, ворча: — Эти… эти выделения, я вообще не понимаю, как вы их выносите… — И внезапно Дин стал свеж и чист, как будто только что вышел из душа. Он принюхался и с удивлением обнаружил, что теперь пах сиренью — определенно лучше, чем было. Калкариил сделал то же самое с Сэмом.
— Ты не мог бы, э, и от остальной боли нас избавить? И, может быть, дать нам попить? И опустить нас на минуточку? — попросил Дин. С надеждой он добавил: — Знаешь, я правда думаю, что мы оба будем гораздо привлекательнее для элементаля, если немного отдохнем. И немного поедим и попьем? Разве так мы не станем аппетитнее?
Калкариил задумчиво посмотрел на Дина. Потом повернулся к Никки.
— Николас. Вот что ты сделаешь. Первое. Ты дашь Дину воды, и Сэмюелю тоже — если он сможет пить. Дин прав: элементаль предпочтет их в более вменяемом состоянии. И еще, вовсе не обязательно жертвам страдать больше, чем необходимо. Смысл всего этого предприятия — в том, чтобы искоренить страдание и грязь на этой планете, а не преумножить их.
Дин не смог удержаться от комментария:
— Тогда ты нанял себе не того прихвостня.
Калкариил посмотрел на него крайне мрачно, и Дин закрыл рот до того, как Калкариил сделал бы это за него.
Но Калкариил лишь мрачно кивнул ему. Он сказал:
— Возможно, ты прав. Но я работаю с чем приходится. — Он переключил внимание на Никки. — Николас. Как я сказал, во-первых, ты дашь Дину и Сэмюелю воды. Но не развязывай им руки, что бы они ни говорили, — так рисковать мы не можем. Не дай им сбежать, или я буду очень недоволен. Во-вторых, ты уберешь это с дороги, — он указал на тело Харлоу, — и мне все равно, что ты с ним сделаешь, просто убери. В-третьих, ты перенесешь Сэмюеля на его старое место — мы используем его завтра, когда он очнется. И последнее: ты повесишь Дина сюда, наготове для элементаля. Потом позовешь меня.
Калкариил сделал несколько шагов к Никки, который все еще стоял у стены. Ангельский клинок вдруг появился снова — Калкариил приставил его острие к горлу Никки. Очень медленно, проговаривая каждое слово, Калкариил сказал:
— Ты выполнишь эти четыре задания немедленно. Ты выполнишь их безупречно. И не будешь жаловаться. Ты позовешь меня сразу же по окончании. И, Николас, ты не причинишь ущерба жертвам. — Он наклонился ближе, слегка повернув нож. — Надо придерживаться стандартов, Николас.
— Но наш уговор… — нерешительно начал Никки, взгляд которого бегал с лица Калкариила на клинок и обратно.
— Ты нарушил наш уговор, когда скормил элементалю душу демона и перо ангела, — сказал Калкариил холодно. — И теперь тебе придется принять последствия. Или ты хочешь, чтобы я обратился к пятнадцатому пункту нашего договора?
Никки сглотнул и каким-то образом умудрился размазаться по стене еще сильнее. Он замотал головой.
Калкариил отстранился и опустил руку. Он сделал глубокий вдох. Потом встряхнул рукой, и клинок снова исчез в рукаве его полосатого костюма.
— А я тем временем навещу брата, — сказал Калкариил. — Когда все будет готово, я нарисую круг, и в полночь ты снова вызовешь элементаля.
— Что, один? Это сложно одному, — заупрямился Никки.
— Пятнадцатый. Пункт, — напомнил Калкариил.
Никки побледнел и кивнул.
Калкариил развернулся и ушел. У лестницы он остановился и сказал Дину:
— Еще раз приношу извинения.
— Иди к черту, — ответил Дин устало, — ты чертов социопа…
— Действительно странный, — прервал Калкариил спокойным тоном, уже не обращая внимания на Дина, и отправился вверх по лестнице.
Никки выждал, когда дверь наверху закрылась. Потом медленно подошел к столу и взял бутылку с водой. Дину было больно смотреть на нее: пить хотелось невыносимо, просто отчаянно.
Никки открутил с бутылки крышку, медленно подошел к Дину и поднял бутылку к его рту — Дин невольно потянулся к ней, уже открыв рот. Тогда Никки поднял руку выше и перевернул бутылку у Дина над головой. Дин едва не заплакал, чувствуя, как драгоценная вода стекает по затылку. Немного потекло и по лицу, но ему удалось поймать в рот лишь несколько капель.
Никки вылил вторую бутылку Сэму на голову и сказал без выражения:
— Он велел дать вам обоим воды. Я дал вам воды. — После этого он подошел к телу Харлоу, взял его за ногу и начал тащить к лестнице.
***
Никки не торопился. На то, чтобы разобраться с Харлоу, у него ушли часы — он утащил тело наверх и исчез так надолго, что Дин начал думать, не отправился ли он на луг, чтобы похоронить тело там. Дин не спускал глаз с Сэма, время от времени хрипло окликая его.
Сэм не шевелился.
«Калкариил бы не потрудился залечивать раны Сэма, если бы Сэм был мертв, правда же?»
