— Я не брошу Приятеля. Я не сдамся. Мы нужны ему, ты сам знаешь. И он нужен нам. Ты знаешь, что это так — не знаю почему, но так. — Дин набрал воздуху, для выразительности помахав пивом. — Он нам жизнь спас, Сэм! Да еще и весь континент в придачу. И все потерял при этом, даже свою чертову кошку, которая, судя по всему, вообще была его единственным другом, и теперь он где-то там, на холоде, у него ничего нет: нет даже одежды на смену, нет одеял, нет его кружки или чертовой кастрюли с ручкой-вешалкой, нет больше даже куртки — ничего, и пойти ему не к кому. И я не буду снова отстойным другом. Я не поступлю с ним так снова.
Он сделал вдох, собираясь продолжить, но Сэм уже успокаивающе поднял руки.
— Эй, эй. Я знаю! Знаю. И я согласен, Дин, я тебя поддерживаю. Полностью поддерживаю. Мы не бросим поисков. Но таким способом мы его не найдем! Ты сам понимаешь. У нас даже фотографии его нет, чтобы показывать людям. У нас ни единой зацепки. Он к этому времени может быть уже в Тихуане. Но я не говорю, что надо сдаться. Я лишь говорю, давай сменим тактику.
— У тебя есть предложение получше?
Сэм набрал воздуху и заявил:
— Сломать стены. Разрушить заклинание. Вернуть наши воспоминания о нем.
— Хорошо, — ответил Дин. — Давай поспешим в мотель и сделаем это сегодня же. Ах нет, погоди, мы же понятия не имеем как, а даже если узнаем, это убьет нас.
— Дин, — сказал Сэм. — Мне сегодня пришла в голову идея. Может быть, дурацкая идея.
Дин немного оживился. Он посмотрел на Сэма.
— Я обожаю дурацкие идеи. Выкладывай.
— Допустим, мы найдем способ сломать этот мысленный барьер — разрушить заклинание, вернуть наши воспоминания… — Сэм сделал паузу.
— Тогда у нас мозги взорвутся, — закончил Дин. — И каждый раз, когда мы будем думать об этих воспоминаниях, у нас будут судороги. Это твой план? Отличный план, Сэм! Давай приступим к нему сейчас же.
— Нет, Дин, у нас не взорвутся мозги, — сказал Сэм с нотой раздражения в голосе. — Я об этом и хочу сказать. Я сегодня думал об этом и понял, что мы ведь уже знаем, что произойдет, так как это уже произошло с тобой. Ты не взорвался! Ты не умер. У тебя случилась судорога, да. И Дин… я знаю, это было неприятно, знаю, это была нехорошая судорога, но она тебя не убила. И главное, ты упомянул, что ведь вспомнил что-то новое о Приятеле? Так?
— Так, — согласился Дин медленно. — Всего только пару моментов, но…
— Расскажи мне детали. Ты мне так и не рассказал.
Дин вздохнул.
— Ой, да ну, Сэм…
— Это важно, Дин, — настаивал Сэм.
Дин не мог не улыбнуться.
— Хех. Это тон, говорящий «Мне надоело твое отношение, Дин», да?
— Да, Дин, — сказал Сэм тем же самом тоном.
— Хех. Гм. Ну ладно, ладно. Дай мне секундочку. — Дин вздохнул, задумавшись. — Ладно. В общем, пока у меня была судорога, я видел одни и те же образы снова и снова. Один недавний — про то, как мы встретили Приятеля на парковке, — но остальные три, кажется, были воспоминаниями. Уверен, они относились к тому времени, когда я встретил его впервые. В одном он… — Дин почувствовал, как его голос замедлился и запнулся.
Даже сейчас, недели спустя, образ был на удивление мощным. Каждый раз, когда Дин думал о нем, у него перехватывало дыхание.
Но надо было рассказать о нем Сэму. Ладно. Дин сделал вдох и продолжил:
— Он шел мне навстречу в этом амбаре, в этом своем пальто — ну, в пальто из сна, — и сверху взрывались лампы и осыпались искрами и, честно говоря, это было даже пугающе. Это… это впечатляло. — Он торопливо продолжил: — И потом был еще образ крыльев. Черных крыльев. Они как бы… поднимались, и… был гром, и… это были его крылья, и… он просто… смотрел на меня, и… это тоже очень впечатляло. И был еще третий… — Дин умолк.
Почему-то ему было немного стыдно признаваться, что он ударил Приятеля ножом в сердце, когда они только встретились. Дин бледно закончил:
— Был еще третий — кажется, тогда, когда он… э… поздоровался.
— Поздоровался впечатляюще, надо полагать?
— Э… да… и я вроде как… ударил его ножом в сердце, как бы.
Сэм поднял брови.
— Он подошел поздороваться, и ты заколол его в сердце? Вы так познакомились? Ты серьезно?
Дин слабо ответил:
— Я знаю, знаю! Все было просто… как-то…
— Впечатляюще?
— …да. — Дин прикрыл глаза рукой.
— Дружелюбный прием ты оказал ангелу, Дин.
— Знаю… — ответил тот, вдруг пожалев, что нельзя просто исчезнуть под водой.
— Задал тон отстойной дружбы прямо с самого начала, а?
— Блин, Сэм! Кончай наезжать. Я не помню всего и не знаю, почему пырнул его. Я просто пытаюсь рассказать тебе подробности!
— Ладно, ладно. Как бы там ни было. Я к тому, что… я смотрю на тебя все время, пока ты это описываешь. И я заметил… Ты же сейчас думаешь об этих воспоминаниях?
— Да.
Сэм пригляделся к нему.
— Отчетливо помнишь их? Сосредоточен на них? Видишь мысленно каждую деталь?
— Да. К чему ты ведешь?
— Голова болит?
— Нет. Не болит, — ответил Дин. — Нормально себя чувствую.
Сэм улыбнулся.
Дин уставился на него.
