Моя любимая кузина была так взволнована, что невозможно было не заразиться ее энтузиазмом. Иногда мне кажется, что ее живости хватило бы на нас обеих, и это очевидно, ведь я слишком часто пребываю в унынии. Не успела я опомниться, как мы вместе поспешили из комнаты, смеясь и сцепив руки. Дэвис ждал нас у ворот в лабиринт, пошатываясь под весом огромного растения в кадке. Всю дорогу через лабиринт Элиза подбегала к нему, предлагала помощь (которую он неизменно отклонял), затем вновь неслась ко мне, хватала за руку и тащила вперед. Так мы продвигались через лабиринт, закоулки которого досконально знакомы Элизе. Мы прошли центральную площадку для отдыха, латунное кольцо, которое, по словам кузины, отмечает начало подземного хода, и наконец достигли металлической двери с большим латунным замком. Сияя, Элиза вытащила ключ из кармана юбки и, прежде чем я успела спросить, где, во имя всего святого, она его раздобыла, вставила ключ в замок. Она повернула его, толкнула дверь, и та медленно отворилась.
Внутри был сад. Он походил на другие сады поместья и все же чем-то отличался от них. Прежде всего, он был полностью огорожен со всех четырех сторон высокими каменными стенами, нарушаемыми лишь двумя металлическими дверями, расположенными друг против друга, одна на северной и одна на южной стене…
— Так значит, есть и другая дверь, — сказала Кассандра. — Я ее не видела.
Джулия взглянула поверх очков.
— В поместье проводились работы, году в тысяча девятьсот двенадцатом… тринадцатом… К примеру, кирпичная стена снаружи. Может быть, дверь тогда убрали? Но погоди. Послушай.
Сам сад был опрятен и довольно гол. Он походил на невспаханное поле, которое ждет возрождения после зимних месяцев. Посередине, рядом с каменной купальней для птиц располагалась узорчатая металлическая скамейка, а на земле стояли деревянные ящики с небольшими растениями, посаженными в кадки.
Элиза вбежала в сад с грацией мальчишки-подростка.
— Что это за место? — удивленно спросила я.
— Это сад, я ухаживаю за ним. Видела бы ты, сколько в нем было сорняков, когда я только начала! Мы были ужасно заняты, правда, Дэвис?
— Определенно, мисс Элиза.
Он поставил кадку с растением рядом с южной стеной.
— Он будет нашим, Роза, твоим и моим тайным убежищем, где мы сможем быть вместе, только вдвоем, точно так, как воображали, когда были девочками. Четыре стены, запертые ворота, наш личный рай. Даже когда тебе будет нездоровиться, ты сможешь приходить сюда. Стены укроют тебя от суровых морских ветров, так что ты будешь слушать птиц, вдыхать ароматы цветов, греться под лучами солнца.
