Забытый Сперджен полностью

Существование деноминационного союза, который не может подвергать еретиков дисциплинарному взысканию, не может быть оправдано необходимостью сохранения «христианского единства».

Это заблуждение разрушает единство церквей. Оставаться в таком деноминационном союзе, закрывающем глаза на заблуждение, означает поддерживать раскол.

«Говорят, я подрываю единство, — писал Сперджен в ответ на обвинение в свой адрес, — но я уверен, что ничто так не способствует единству истины, как разрыв с ложью» 211. Статья в «Суорд энд трауэл», озаглавленная «Разделение не есть раскол», поднимает ту же проблему: «Разделение с теми, кто потворствует пагубному заблуждению, отнимая хлеб жизни у погибающих душ, — это не раскол. Такого разделения Бог требуют от всякого верного» 212.

Кризис, произошедший в конце прошлого века, выявил слабое место союзов, образованных ранее в том же веке. Основатели союзов хотели видеть немедленные практические результаты объединения общин одной и той же деноминации и поэтому не думали о серьезных долгосрочных проектах. По большей части они отказались от пуританского представления о церкви как о едином Теле Христовом, которое видимым образом объединяет всю нацию, и по крайней мере на какое-то время посчитали нужным сохранить деноминационные различия. Хотя в тот момент это было и необходимо, все же этот шаг был сделан скорее из соображений целесообразности, нежели из желания полностью соответствовать библейским стандартам, ибо постоянное разделение христиан, то есть тех, кто верен апостольскому Евангелию, на разные деноминации вряд ли можно оправдать различиями в управлении церковью. Новый Завет не преуменьшает важность разумного устройства и управления церкви, но какие бы трудности ни возникали с этим вопросом, нельзя думать, что Писание дает право истинным церквам, находящимся в одном месте, разделяться. Однако, поскольку на протяжении прошлого века престиж и влияние нонконформистских деноминаций неуклонно росли, как-то стали забывать, что ни один человек не может прировнять свою деноминацию к единой церкви Нового Завета. Вследствие этого уход из деноминации стал расцениваться как уход из церкви. Таким образом, либералы жестоко критиковали выход Сперджена из Баптистского союза, как если бы он совершил какой-то проступок. Так же епископы XVII века осуждали пуритан. «Столь великодушные люди с либеральными убеждениями, — заметил как-то Сперджен, — могли бы уж и позволить нам отказаться от их прелестного общества, не выражая по поводу нашего отказа столь буйной ярости и гнева» 213. Безусловно, были люди, которые имели более ортодоксальные убеждения, но и они не могли понять, к кому нужно проявлять верность: своей деноминации или Писанию, поэтому они не могли решить, должны ли они осудить Сперджена или согласиться с ним. Нерешительность парализовала их, и они стали жертвой целесообразности.

3. Спор о проникновении либерализма показал, что многие служители готовы оправдать свою нерешительность тем, что, мол, политика компромиссов может принести больше блага. Такую позицию занимали те, кто симпатизировал Сперджену, но сожалел об его уходе, считая, что он, если бы остался в союзе, мог оказать большое влияние. Газеты придерживались той же точки зрения. «Скотсмэн» спрашивал: «Не следовало ли Сперджену остаться в союзе, и, используя все свое огромное влияние, остановить его на пути падения?» О том же писала и чикагская «Стандард»: «Лучше противостоять порочной тенденции, находясь внутри той организации, в которой она проявляется, чем вне ее» 214.