Время шло, Адалинда все больше страдала от одиночества. И вот, в один прекрасный день, она узнала о своей беременности. С этого дня она старалась как можно меньше работать, все свободное время, посвящая разговорам с растущей внутри нее жизнью.
Роды были ужасными. Она даже думала, что не сможет разрешиться от бремени, но слава богам, все обошлось.
Вот только малыш совсем не хотел кричать. Повитуха с опаской наклонилась к груди ребенка, уже не надеясь услышать ни дыхания, ни сердцебиения. В этот момент она и заметила, что волосы ребенка имеют необычный, серо-серебристый цвет, а грудь пересекают два косых шрама.
- Демон! - Вскричала испуганная женщина. - Это же демон!
Обезумевшая женщина уже тянула руки к тонкой шее ребенка, когда ее остановил яростный крик и острие клинка, нацеленное в ее грудь.
"Руки прочь, если не хотите лишиться головы!"
К счастью, у Троя в этот день заканчивалась смена, и он успел вернуться домой прежде, чем случилась трагедия. Испугавшись яростного взгляда Троя, акушерка сунула ему в руки ребенка и убежала прочь.
Посмотрев на малыша, Трой от неожиданности замер, а его душу обуяли сомнения. Сам он был красноволос, Адалинда была брюнеткой. Он не верил, что у него мог родиться ребенок с такими волосами.
"Все-то время, что я тратил на защиту этой деревни, она бессовестно развлекалась?!"
Трой с обвинениями набросился на жену.
- Теперь я вижу, чем ты занималась, пока я защищал деревню!
Он больше не верил в ее верность - разум полностью затмил гнев. Адалинда пыталась оправдаться, доказать, что этот ребенок его, но Трой не слушал. В его глазах разгоралась жажда мести.
Превозмогая слабость, Адалинда поднялась с кровати. Она была готова сражаться за своего малыша до последнего вздоха. С прытью, совсем не свойственной недавно родившей женщине, она выхватила ребенка из рук Троя и прижала его к груди. Она молила Троя поверить ей, но тот, так ничего и не сказав, покинул дом.
Оставшись одна, Адалинда в тусклом свете мерцающих свечей, качала малыша. Она то и дело наклоняла голову к груди ребенка, прислушиваясь к его мерному дыханию, и облегченно вздыхала. Но наклонившись к малышу в очередной раз, Адалинда испуганно вскрикнула - дыхание малыша было едва слышным, прерывистым, а сердечко билось так, словно вот-вот остановиться. Адалинда кричала, плакала, молила безразличных богов сжалиться над ее ребенком. Но небо оставалось безучастным.
Переполнявшая ее радость мгновенно испарилась, а душа наполнилась болью.
"Уааааа! Уаааа!" - Вдруг закричал малыш, словно сообщая ей, что он все еще жив.
Словно лучик света, пронзивший тьму, этот крик вернул ей надежду. И хотя она все еще всхлипывала, на ее губах вновь засияла счастливая улыбка. Она улыбалась крошечной жизни, сейчас тихо посапывающей у нее на руках. В этот момент она придумала ему имя - Кайдус Рейл, что в переводе означало Кайдус Тихий.
А по деревне с того дня поползли слуги - повитуха начала всем рассказывать, что Адалинда родила демона.
***
В тот день, успокоившись и тщательно все обдумав, Трой решил не возвращаться домой. Он долго бродил по деревне, расспрашивая прохожих, не встречали ли те в поселке сереброволосых людей. Но так ничего и не узнал. Некоторые старики рассказывали ему легенды о людях с серебряными волосами, но к делу они не имели никакого отношения.
Людей с серебряными волосами он не нашел ни в деревне, ни в соседнем городе.
И Трою не оставалось ничего другого, кроме как поверить Адалинде.
***
Адалинда ничего не могла сделать со слухами, распространяющимися вокруг ее ребенка. Она, молча сносила все насмешки и воспитывала своего малыша. Равнодушие, раньше испытываемое жителями деревни по отношению к ее семье, теперь сменилось ненавистью и страхом.
К счастью, Трой все же поверил, что Кайдус, его сын. Но он не мог, находясь в патруле, защитить ее от насмешек местных жителей.
Заработки Адалинды, раньше довольно высокие, все больше снижались.
Каждый раз, беря Кайдуса с собой на работу, она видела, какие взгляды бросали жители деревни на ее сына, грех которого состоял лишь в том, что он появился на свет с таким необычным цветом волос. Она ненавидела себя за то, что не в силах оградить малыша от всей этой злобы.
Единственными, кто смотрел на Кайдуса спокойно, был ее муж, и маленькие дети, еще не знавшие, что такое ненависть и презрение.
Ребенок, словно подтверждая свое второе имя, был очень тихим и замкнутым. Временами Адалинда даже боялась этого, а в ее голову начинали закрадываться сомнения, которые она тут же гнала прочь.
Кайдус всегда молчал, плача только тогда, когда был голоден.
Когда ребенок подрос, Адалинда начала замечать, какой умный у него взгляд. Кайдус всегда внимательно наблюдал за всем, что происходило вокруг.
Любовь и страх поселились в душе Адалинды. Он помнила счастье, наполнившее ее в момент его рождения, но помнила и страх, который испытала, первый раз увидев странный цвет его едва заметных волос. От этого воспоминания на ее глазах частенько появлялись слезы.
