Но вот если вы прочтете — в художественном или якобы научном тексте — про берестяные книги на Руси, да еще и с записями языческих сказаний, то, увы, это миф. Причем миф ХХ века. Дохристианской письменности на Руси не было, были «черты и резы», то есть зарубки хозяйственного характера (условно говоря, были цифры, но не было букв). Письменность приходит на Русь только с христианством. И конечно, говоря о бересте, мы сразу вспоминаем именно новгородские берестяные грамоты, которых уже найдено больше тысячи. Но надо понимать, что на бересте русичи писали везде, от Новгорода до Киева, просто чем более плодородная почва (то есть более химически активная), тем быстрее разлагается этот материал. В Новгороде условия для сохранности бересты были исключительными, но грамоты найдены не только там. В Москве, например, их найдено четыре, причем первые две — это практически клочки, зато третья — самая большая вообще из дошедших, потому что ее в гробу видали, в буквальном смысле — она найдена в захоронении.
Буддийский текст, записанный на бересте.
British Library (по лицензии CC0 1.0 Universal)
И напоследок еще один миф ХХ века: «татаро-монгольского ига не было». Он сейчас очень популярен, увы. Опровергается он с помощью все тех же берестяных грамот: в древнем Новгороде писали все и всем, мужчины и женщины, в основном по хозяйственным вопросам, но нам известны и любовное письмо, и предложение выйти замуж… А теперь вспомните о захолустном русском городе, скажем, XVII века, где грамотных женщин не сыскать было даже среди боярынь. Вот тот урон, что нашей культуре нанесло иго.
Что ж, от этих мифов (в ругательном смысле) мы перейдем к мифам самым настоящим, а от белых берез к… черной березе. Тропинка ведет вниз, огибаем кусты — и перед нами могучая, обхвата в полтора, не меньше, береза, чья кора внизу почернела, растрескалась и замшела, так что ствол выглядит действительно черным. Привычная береста начинается на уровне выше человеческого роста, а сама береза уходит вверх метров на тридцать, а то и больше.
И эта береза даст нам возможность поговорить о самом настоящем язычестве.
Живое язычество, безо всяких добавок «нео-», на территории европейской части России сохранилось у марийцев, и оно неразрывно связано с культом священных берез. Причем березы эти разные: есть те, в которые уходят души умерших, есть те, что считаются обителью духов, но самые главные — это березы священных рощ. Такие рощи есть у многих марийских родов, там совершаются моления по случаю любого значимого события, будь то сев и жатва или события личной жизни. Моление проводит жрец — карт, им становится наиболее уважаемый человек. И конечно, у каждого рода есть своя самая главная береза — это наиболее старое и могучее дерево. У некоторых таких берез чернота на стволе уходит вверх метров на десять.
Пейзаж с березовой рощей и ржаным полем.
Finnish National Gallery / Hannu Aaltonen
Ритуалы в священных рощах подразумевают жертвоприношение — чаще всего убивают гуся, реже свинью или бычка, мясо его варят и съедают, а кости закапывают тут же. Из священной рощи категорически запрещено выносить что-либо, будь это хоть просто ветка. Этот запрет марийцы распространяют и на исследователей, но, впрочем, совершенно не мешают им там фотографировать и проводить свои изыскания. В некоторых таких рощах действительно обнаруживается магнитная аномалия, причем по периметру, так что необычные ощущения в центре этой рощи могут иметь отнюдь не мистическое объяснение.
