Липа почти не упоминается в заговорах, но бывают исключения. «На море на Окияне, на быстром Буяне стоит липовый куст» — хм, кажется, неважно в той местности было с липами… «Под тем кустом лежит бел камень, на белом камне черно руно, на черном руне змея-шкурлупея, сестра Пелагея, тетушка Евфимья». «Шкурапея» — это, конечно же, искаженное слово «скарабей», пришедшее на Русь с книжной традицией и изменившееся в народной среде (мое поколение помнит мультик «Волшебное кольцо» с чудесной змеей Скарапеей). «А ты, змея-шкурлупея, сестра Пелагея, тетушка Евфимья, смиряй своих змей, а то буду просить Михайла-архангела, — он тебя громом забьет, молниею спалит. Унимай своих змей шипучих, летучих, ползучих, земляных, водяных, навозных».

Итак, это заговор от укуса змей — и здесь мы видим, как я и обещала в начале, что упоминание святого никак не влияет на магические действия. Оно используется только для устрашения. Основная сила заговора в самом приказе и перечне разных змей.

Тропа вьется по орешнику и выводит нас на главную аллею, мы идем по ней дальше и останавливаемся у сосны. Если поднять голову и посмотреть высоко-высоко вверх, то обнаружится, что сосна эта живая, верхние ветки покрыты хвоей, но ниже они сухие, и именно в этой роли сосна нам и нужна.

Здесь мы будем говорить про море-Окиян, про остров Буян и разбираться, что же такое «лукоморье».

Кто был на экскурсии по русалкам, тот помнит разговор о Белом море и его мореходах (а кто любит историю России, тот знает, что Петр I прорубил окно в Европу, построив Санкт-Петербург, и заколотил дверь, которой был порт Архангельска). Вот о лодьях беломорских мореходов и будет идти речь.

Лодьи эти были небольшими, навигация — средневековой, поэтому так важен был крик «земля!» — даже не для высадки, а как определение места. А теперь посмотрим на заговоры: «На море на Окияне, на острове на Буяне стоит…» — там стоит то, что является навигационным знаком. Чаще всего это Латырь-камень (название происходит от слова «алтарь») — и если этот Латырь-камень виден корабельщику издалека, то легко догадаться, какого же он размера. Да, это или огромный валун, или, скорее, утес. Другим навигационным знаком может быть «соборная церковь», упоминаемая в заговорах, — это, конечно, гипербола, в реальности будет или часовня, или два навигационных креста, на которые надо править так, чтобы они совместились перед носом лодьи, — они указывают на фарватер. И наконец, на острове Буяне может стоять «дерево суховерхо», большая сосна.

Алатырь-камень. Евгений Минеев, 2013 г.

Чувашский государственный художественный музей

А что же дуб? Дубы, как легко догадаться, на Белом море не растут, и в заговоры про море-Окиян они проникли позже.

Но что такое «лукоморье»? Как легко догадаться, это слово состоит из двух корней — «море» и «лука». Это тот же корень, что и в словах «лук» (оружие), «лука» седла, «лукавый» (то есть буквально «с кривым умом», нечестный), он означает «изогнутый». Так что «лукоморье» — это не какое-то мифическое место, это просто «залив», «бухта». Конечно, это слово будет весьма уместно в заговоре, ведь для морехода залив — воплощение безопасности, лодья здесь защищена от морской стихии.

Остров Рюген.

IURII BURIAK / Shutterstock

Но почему беломорские заговоры оказались настолько популярны, что распространились по всей России, дойдя до Украины и Белоруссии? Именно там в эти заговоры пришел образ дуба, там стал непонятен «остров Буян» (с высокой вероятностью изначально это реальный остров Руян, он же Рюген) — в уже известном нам заговоре про «змею-шкурапею» он превратился в некий «быстрый Буян», а в других заговорах он мутирует в не менее абсурдные объекты. В чем же причина того, что морские заговоры оказались востребованы даже там, где о море только слышали?

Перейти на страницу:

Все книги серии Страшно интересно

Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже