Они падают вместе в ужасной тишине. Они связаны веревкой, но Макс все равно держит Кэрис за запястье.
— Я бы хотела, чтобы мы могли прикоснуться друг к другу, — говорит она.
Макс отрывисто смеется, и отчаяние чертит свой путь по морщинам на его лице.
— Мне бы хотелось держать тебя. — Он протягивает руку, чтобы коснуться ее, но она упирается в стекло. Он начинает царапать перчатку своего скафандра.
— Что ты делаешь? — спрашивает она.
— Я хочу почувствовать тебя по-настоящему.
— Ты не можешь! Не нарушай вакуум, Макс, — ты погибнешь!
— У нас осталась пара минут, Кэри. — (У него — девять). — Мы также можем эффектно уйти, вместе. По крайней мере, это будет нашим выбором. Мы выберем смерть.
— Нет!
Но уже слишком поздно: Макс срывает перчатку, как пластырь, и они в ужасе смотрят на его руку, ожидая, что она усохнет, вздуется или посинеет, но ничего не происходит. Вместо этого его скафандр запечатывается на запястье, и он спокойно шевелит голыми пальцами в молекулах пространства.
Они с удивлением смотрят друг на друга.
— Мне кажется, вопреки нашей уверенности в собственных познаниях, на самом деле мы знаем не так уж и много, — замечает Кэрис.
— Еще один космический миф. — Он переплетает пальцы с ее ладонью в перчатке, и она продолжает смотреть на его руку.
— На что это похоже? Холодно? Горячо?
— Ни то ни другое. — Он поворачивает руку ладонью вверх и делает ей знак последовать его примеру. — Технологии продвинулись далеко. Я принимал те таблетки. Кроме того, мы в тени «Лаерта» и здесь никак не может быть абсолютного нуля. Давай. Я же еще не умер.
— Но в прямом солнечном свете ты поджаришься до хрустящей корочки.
— Маловероятно в следующие пару минут. Давай, Кэрис, — уговаривает он ее. — Сделай это со мной.
Она кивает, затем медленно берется за серебристый неопрен, пленяющий ее руку, и тянет. Чувствуя, что ткань деформируется под ее прикосновением, Кэрис ожидает услышать, как она рвется, издавая соответствующий звук, но из их системы связи не доносится ничего. Она засовывает оторванную перчатку в карман и протягивает Максу обнаженную руку, а он, вместо того чтобы взять ее, быстро обвязывает торчащую нитку вокруг безымянного пальца Кэрис.
— Что это? — спрашивает она.
— Теперь у нас одна фамилия, и мы должны быть названы одной семьей.
— Как странно. — Кэрис смеется, но на самом деле она растрогана.
— Я всегда любил шикарные жесты, — говорит он. — Я должен был сделать это давным-давно. — Они переплетают голые руки и нежно прикасаются своими стеклянными шлемами друг к другу. — В прежние времена я подарил бы тебе кольцо с бриллиантом.
— Господи. Представляешь, как это носить такую силу на пальце? Они разве не знали?
— Они думали, что это сверкающий аллотроп углерода.
— Если бы я хотела, чтобы что-то сверкало, то это лучшее место, правда? — Кэрис указывает на звезды вокруг них. — Мы окружены блестками.
— Мы находимся в чертовом поле астероидов. Окружены сверканием, замерзшей водой, аммиаком, углекислым газом. Посмотри туда — еще больше небесных тел направляется к Земле.
Кэрис и Макс недолго наблюдают за астероидами, набирающими инерцию движения, чтобы потом сгореть в атмосфере и осветить ночное небо.
— Там, внизу, они, наверное, смотрят на падающие звезды, — говорит Кэрис. — А здесь, наверху, это просто горящие камни.
— Там падающая звезда. — Макс указывает в темноту. — Хочешь загадать желание?
Кэрис молчит.
— Это неплохой способ — загадать желание на падающую звезду. Кэри?
Она продолжает молчать, наблюдая, как звезда дугой медленно падает через поле астероидов.
— Кэрис.
Она считает себе под нос, все еще не отрывая взгляда.
— Звезда только что обогнула тот большой камень. Как она могла сделать это? Она должна была врезаться прямо в него.
— Может, из-за земного притяжения?
— Я так не думаю. — Они оба неотрывно смотрят на свёт. — Она зеркально отображает кривизну Земли.
— Гравитация?
— Нет. Посмотри на нее. Это определенно орбитальная плоскость…
— Означает ли это, что…
— Она на эллиптической орбите! — кричит Кэрис. — Это спутник! Макс, это чертов спутник!
Свет медленно приближается к ним, как призрак надежды.
— Мы же не сошли с ума? — спрашивает Макс. — Это не мираж?
— Как нам до него добраться? — Кэрис покачивается с вновь обретенной жизненной силой, вытягивая руки и дергая ногами, пытаясь сделать так, чтобы ее тело продвинулось к свету, вместо того чтобы падать в темноту. — Будет ли он проходить рядом?
— У нас могут быть галлюцинации, — говорит Макс. — От недостатка воздуха.
— Как нам высчитать его траекторию? Он как будто бы направляется в нашу сторону.
— Они, наверное, запрограммировали подачу воздуха так, чтобы кислород поступал медленнее, когда заканчивается. Мы дышим разреженным воздухом.
Она толкает его:
— Макс, ты сможешь ухватиться?
Он, кружась, отдаляется от нее, пока веревка фала не дергает его обратно.
— Это происходит. Это реально. Нам нужно действовать, пока не поздно.
— Уже слишком поздно, Кэри. У нас нет времени.
