Надя скомкала бумагу и швырнула в мусорное ведро. Она давно ждала этого, но все равно оказалась не готова. Не так быстро, не пока Эльдар просиживает в библиотеке дни и ночи. К слову об Эльдаре, куда он подевался?!
Нашелся патологоанатом в самом неожиданном месте: под столом библиотекаря. Прижав к груди один из дневников, он свернулся в темном уголке и спокойно посапывал. Надя тихо посмеялась над столь необычным зрелищем и потрепала его по плечу:
– Эля, просыпайся! Уже утро!
Не сразу, но он все же открыл глаза и широко зевнул. Попытавшись выпрямиться, ударился головой о стол и с удивлением на него уставился.
– Почему я спал под столом? – прохрипел он и неуклюже выполз из укрытия.
– Как раз хотела спросить, – улыбнулась Надя. – И, кстати, ты не видел, кто приходил сюда? Кто-то оставил конверт на столе.
– А, точно, – Эльдар открыл дневник, с которым уснул, и сосредоточенно посмотрел внутрь, пытаясь что-то вспомнить. – Я был здесь, когда услышал шум двери. Подумал, что для тебя слишком рано, и на всякий случай спрятался. А потом, видимо, задремал… Не знаю, кто это был. А что в конверте?
– Приказ о назначении библиотекаря. С завтрашнего дня я буду только и исключительно архивариусом.
– Ожидаемо, – снова зевнул он. – Хорошо, что с дневниками я почти закончил. Как там поживает моя комната?
– Общежитию очень не нравится, что его хотят отремонтировать, но твое окно уже выглядит как новое.
– Вот и хорошо. – Эльдар снова посмотрел в дневник. – Хочу поспать в своей кровати.
Надя склонилась к его плечу и тоже заглянула в тетрадь. Мелкие рукописные строчки складывались в неразборчивую вязь, иногда перемежающуюся рисунками и карандашными пометками. Между исписанных абракадаброй страниц лежало зеркало, которым когда-то пользовалась Олимпиада.
– Ты смог их расшифровать? – удивилась она, но Эля лишь покачал головой.
– Совсем немного. Над остальными придется поломать голову, но этот раздел зашифрован довольно просто. Возможно, он хотел, чтобы те, кто будет после него, в первую очередь прочитали именно это и узнали, с чем им предстоит иметь дело.
Он приподнял зеркало и провел вдоль страницы. В отражении строчки казались куда более понятными, но все равно расползались перед глазами, как живые.
– Если читать через зеркало и понять, что каждое слово записано анаграммой, наловчиться можно. Хотя тут столько текста, что голова начинает болеть. Помогают рисунки, – он пролистал несколько страниц и протянул ей тетрадь. – Он писал про чудовищ, живущих в местных горах.
Надя посмотрела на карандашные зарисовки. Жуткие крысоподобные твари с выступающими передними зубами и кротовьими когтями, большеглазые рыбы размером с человека, пауки с такими длинными лапами, что их тела поднимались выше деревьев, а глаза сверкали, как звезды, и даже грибы, возле которых было несколько подчеркнутых красных слов. Одно из них сразу бросилось в глаза: из перевернутых букв легко складывалось «СМЕРТЬ».
– Хочешь сказать, все это здесь живет? – сдавленно усмехнулась она. – Пауки размером с дерево и рыбы со взрослого человека?
– По легендам коренных народов, эти твари созданы богами гор, – кивнул Эльдар. – Должно быть, в наказание за какие-то страшные грехи, судя по тому, что они делают. Здесь написано, что они могли навлечь на поселения холодное лето, засуху или бесснежную зиму, которая заморозит посевы, но могли и удвоить урожай, если им угодить. Местные поклонялись им, как божествам, – знали привычки и настроения, устраивали жертвоприношения, сочиняли молитвы. Многие традиции до сих пор остались. Например, перед важным делом люди идут к Глубокому озеру, кинуть монету на удачу, а родившихся детей показывают в окно в полнолуние, чтобы богиня-мать защищала их. Раздел с грибами тоже интересный. Им не поклонялись, конечно, но, в отличие от всех этих чудовищ, которых никто в глаза не видел, такие грибочки здесь и правда растут. Называются «пророслики», не знаю, как по-научному. Все местные дети с младенчества учатся их не трогать.
– Древние люди многое объясняли божественными силами и духами, потому что не знали про законы физики, – пожала плечами Надя. – Холодному лету и засухе есть научное объяснение, а не гигантские пауки и эти… не то кроты, не то крысы. А про ядовитые грибы теперь рассказывают в школе.
– Думаю, агитбригады, которые пытались вытравить суеверия из народа, говорили что-то похожее, – усмехнулся Эльдар. – А как тебе такое?
Он перелистнул пару страниц и, приложив зеркало, медленно, с выражением зачитал:
