– Правда? Но это же просто чудесно! Отличные новости! – Она замолчала. – Они придут выпить чаю. Да, примерно через час. Вполне. Да, если понадобится, мы сможем одолжить им квадроцикл. – Она повесила трубку. – Они его поймали! Вертолёты с тепловыми датчиками нашли его по другую сторону горы! Очевидно, он жил там в белой палатке. Какое облегчение!
Тётя Ви улыбнулась, и я увидела слёзы в её глазах. Думаю, тётя боялась не меньше меня, но пыталась это скрыть. Ей пришлось сидеть в доме одной с двумя детьми, в то время как преступник разгуливал на свободе.
Я упала на диван. Закрыла глаза и расслабилась. Я чуть не заснула, но тётя Ви позвала сержанта Льюиса и полицейскую Джонс и сунула нам под нос по куску пиццы.
Прежде чем лечь спать, я позвонила маме. Она уже всё знала.
– Я постараюсь приехать завтра, но, судя по тому, что показывают по телевизору, фургон не проедет по шоссе, не говоря уже о просёлочных дорогах. Как здорово, что ты вернёшься домой, милая! Я так по тебе скучала.
– Я тоже по тебе скучала, – ответила я и поменяла заставку на планшете на фотографию всей нашей семьи, сделанную на пляже в Брайтоне.
Потом я раздвинула шторы. Свет из окон конюшни падал на потолок, и я видела на нём размытые силуэты кружащихся снежинок.
Пришла Меган и улеглась на полу. Я не стала её выгонять.
Я плохо спала в ту ночь.
Посреди ночи я получила электронное письмо от Зары со множеством фотографий со школьной вечеринки. Я начала что-то отвечать и заснула. Всё было почти как обычно.
Утром снег продолжал идти. Снегопад был такой сильный, что я почти не видела конюшню. Мама ни за что не сможет сегодня доехать, поэтому я вылезла из кровати, оделась и спустилась вниз.
– Можно мне слепить снеговика? – спросила я.
– Конечно. Майя, наверное, ты привыкла к снегу, но нам придётся расчистить дорожку на случай, если с лошадьми что-нибудь случится и нам понадобится ветеринар.
– Я расчищу бульдозером, – сказал Олли. – Управлюсь за минуту.
Мы с Олли вышли на улицу. Снег большими хлопьями падал с неба, гора исчезла, крыши исчезли. Всё вокруг было покрыто толстым слоем снега. Но как же здорово было находиться на улице и не бояться!
Олли забрался в кабину, я ударила по топливному насосу гаечным ключом, и бульдозер с пыхтением выехал со двора и поехал по тропинке, сминая снег и отбрасывая его на стены. Я шла следом и смотрела, как на грязные дорожки снова ложится чистый снег.
Жаль, что здесь не было Зары, ей бы это понравилось. Дома они, наверное, тоже смотрят, как снег идёт и тут же тает. Сейчас он, наверное, уже чёрный, и снеговика можно вылепить только на южном берегу реки.
Зато я могу слепить снеговика и сфотографировать его.
Я слепила шар и вкатила его на свежий снег на вершине стены.
Через минуту он стал размером с футбольный мяч, и я подкатила его на обочину дорожки, где он начал быстро покрываться густыми хлопьями и вскоре превратился в подобие мяча для фитнеса.
Это было совсем легко. Снега было очень много.
Вкатив тело снеговика во двор, я установила его у входной двери и начала укреплять внизу, чтобы он стоял неподвижно. Потом приступила ко второму шару, на этот раз набирая снег в углу двора, и вскоре у меня была готова голова.
На дорожке загромыхал бульдозер, и я бросилась открывать ворота. Он въехал во двор и остановился. Олли спрыгнул на землю.
– Классно! – сказал он, указывая на снеговика. – Я найду углей для пуговиц.
Я смотрела на кружащийся снег. Хлопья были крупными и похожими на зефир, они нежно падали на моё лицо и на снеговика, смягчая его очертания и прикрывая грязные участки снега. Это было потрясающее зрелище. Я никогда не видела ничего подобного.
– Отлично! – сказал Олли, прилепляя угольки к туловищу снеговика. – Спасибо, – добавил он, не глядя мне в глаза. – Спасибо, что починила бульдозер. Это просто невероятно.
– Тебе надо благодарить дедушку. Это он подсказал. Я попросила Зару спросить у него, – призналась я. – На самом деле я разбираюсь только в мотоциклах.
– Значит, он много знает о двигателях? – спросил Олли, прилепляя снежные комья к спине снеговика.
– Да, он считает, что починить можно всё на свете, и никогда не сдаётся.
Олли смотрел в землю и поддел комья снега ногой.
– Мама говорит, мы очень похожи.
– Ты и дедушка?
– Да, она говорит, мы оба несговорчивые. Всегда пытаемся заново изобрести велосипед. Никогда не можем вовремя остановиться.
– Решительные?
– Да.
Теперь пришла моя очередь пинать комья снега. Олли как будто описывал меня.
– Я бы хотел с ним встретиться, но мы живём так далеко, а он ведь нечасто путешествует?
– Да, но я уверена, что твой бульдозер ему бы понравился. И ты тоже.
Олли пожал плечами и надел на голову снеговику старую жокейскую шапочку. Снег падал, и я зачарованно смотрела на полёт снежинок, пока не почувствовала, как по спине пробежала дрожь. Я подняла голову. Мне казалось, что за мной наблюдают, но рядом никого не было, кроме снеговика.
Я натянула шапку с помпоном и направилась к входной двери. Снимая ботинки, я снова оглянулась. Никого.
– Кто-нибудь будет блины? – спросил Олли, когда мы вошли в дом.
