– Брентон, – почти невольно пробормотал мистер Нэком, увидев еще одно звено в цепи роковых улик против сэра Эдгара. – Как же так, Брентон!
Клик, по-видимому, не обратил внимания ни на это замечание, ни на револьвер.
– Пойдемте, – вдруг сказал он. – С нас хватит этого ужасного места, здесь мы не найдем больше ничего нового. Давайте запрем комнату и рассмотрим эти интересные следы снаружи.
Они уже почти дошли до внешних ворот, когда тишину нарушил гул сердитых голосов и звуки борьбы и раздались пронзительные крики Доллопса:
– Нет-нет-нет, моя красавица! Я вас поймал и буду держать, пока мой босс на вас не посмотрит. И никаких больше трюков! Никаких трюков!
Расстояние между дверью Чейн-Корта и концом аллеи, откуда, казалось, раздавались эти звуки, было не таким уж коротким. Однако при первых же выкриках Доллопса четверо мужчин мгновенно промчались по темной аллее и свернули за угол, освещая себе путь фонариком констебля Робертса.
Почти на том же самом месте, где незадолго до этого вечера констебль Робертс стоял в шлеме, надвинутом на глаза невидимым противником, боролись две фигуры. Одна из них тщетно пыталась вырваться из цепких лап своего пленителя, другая намеревалась повалить соперника на землю. Повсюду были разбросаны бумаги и прочие принадлежности, с помощью которых Доллопс, очевидно, занимался обычно сохранением отпечатков следов. В свете фонариков Клика и констебля стало ясно, что жертва Доллопса – стройная светловолосая девушка лет двадцати трех, одетая в мягкое белое платье, теперь безнадежно испачканное и порванное во время драки. На плечах у нее висел смятый, но безошибочно узнаваемый золотой шарф.
Едва ли понадобилось испуганное восклицание доктора: «Дженнифер!», чтобы детектив понял, что это действительно та девушка, о которой тот говорил. Даже на расстоянии до него доносился сладкий аромат жасмина. Перед ним стояла девушка, о которой сплетничал хозяин «Хэмптон-АРМЗ» и которая была непримиримой соперницей леди Маргарет Чейн из-за любви к сэру Эдгару Брентону.
– О, доктор! – храбро воскликнула она. – Я рада вас видеть! Что это за отвратительная личность? Я просто совершала небольшую прогулку, а меня схватили и собирались потащить, как мешок с углем или преступника, в полицейский участок.
Клик внимательно следил за ее голосом и интонациями, наблюдая за ней. Однако он ничего не сказал, просто сунул фонарик в карман и занялся сбором бумаг Доллопса, на которых тот, очевидно, снимал отпечатки обуви.
– А вы, кто бы вы ни были, держите руки подальше от моих бумаг, – рявкнул Доллопс, подмигнув суперинтенданту, что осталось незамеченным разгневанной дамой. – Послушайте, мистер Нэком, не позволяйте этой незнакомой особе трогать мои бумаги, и пусть она вас не обманывает, – прибавил он серьезно. – Я не причинил ей никакого вреда, но застал ее крадущейся и подглядывающей в темноте.
– Поверьте мне, сэр, – горячо вмешался доктор Верралл, – эта дама – мой близкий друг, и она имела полное право прогуливаться по аллее. Она, вероятно, возвращалась домой от леди Брентон, не так ли, мисс Уинн?
– Да, да, именно там я и была, – ответила девушка, с признательностью глядя на доктора своими темными глазами. – Но я не скажу больше ни слова, пока вы не уберете от меня этого нахального юношу, который практически изуродовал мне руки синяками.
– Конечно, мисс Уинн, – согласился мистер Нэком. – Доллопс, возвращайся в участок.
– Но, сэр, мистер Нэком…
– Ни слова больше, делай, как я говорю.
Доллопс бросил быстрый взгляд на бесстрастное лицо Клика, затем угрюмо взял свои бумаги, пачку знаменитых «щекотунов лапок», без которых никогда не занимался ни одним делом, и ретировался в тень деревьев.
– Нам не терпится разобраться в одном очень важном вопросе, мисс Дженнифер, – сказал суперинтендант. – Недавно здесь произошло ужасное событие, а я и мой друг и напарник…
– Мистер Джордж Хэдленд, – вежливо вставил этот джентльмен. Хотя Клик, казалось, был согласен с устранением Доллопса из игры, он внимательно рассматривал каждую деталь внешности девушки и сразу же решил, что она ему нравится, несмотря на ее подозрительное поведение. Она принадлежала как раз к тому типу женщин, связь которых с убийством была просто невозможна. – Конечно, мистер Нэком, вряд ли стоит объяснять что-то, если детали ей уже известны. Может быть, мисс Дженнифер приходила узнать какие-нибудь свежие новости?
– Именно это я и делала, – ответила она с благодарностью, и в ее звучном голосе, несмотря на все усилия сохранить спокойствие, послышалось волнение. – Я просто собиралась прогуляться. У меня раскалывалась голова, и в таких случаях только хорошая прогулка на свежем воздухе приносит мне хоть какую-то пользу. И вдруг я встретила констебля Робертса. Я остановила его, и он сказал, что достопочтенная мисс Чейн убита. Конечно же, я не хотела, чтобы меня задерживали, и просто пыталась вернуться домой, когда этот молодой оборванец набросился на меня, приняв, как я полагаю, за сообщницу.
