Бедный дядя, ну нельзя же вечно за всех переживать. Мне все еще было не по себе оттого, что он так просто проглотил мою частичную ложь. Но так было лучше для него.
Узнай Виктор о вампирах, он не успокоился бы, пока между нами и ими не встало пол глобуса, но и тогда мне светило бы пожизненное наблюдение. И все равно никакие доводы не мешали мне чувствовать себя виноватой.
– Дядя, я люблю тебя. Спасибо, что заботишься обо мне.
Он поперхнулся чаем и смущенно пробормотал.
– Ну что ты, ведь ты мне как дочка.
Я улыбнулась и, пожелав ему спокойной ночи и оставив на столе чашку с так и не тронутым чаем, побрела в свою комнату, стараясь не обращать внимания на вновь голосящий телевизор и подозрительную тишину в комнате сестры.
Акулы проглотили наживку и готовили планы массированной атаки. Пусть так. У меня будет весь завтрашний день, чтобы все обдумать и хоть как-то приготовиться к последствиям «бури в пустыне».
Я быстро разделась, почистила зубы и забралась под одеяло. Засыпая, я представляла, что Лео опять обнимает меня, все страхи улетучиваются, и в душе воцаряется мир и покой.
Глава 9
Воскресенье. Для одних людей – это желанный выходной, для других – день накануне понедельника.
Сегодня я больше склонялась ко второй версии. Нет, в школу не хотелось. Не хотелось вообще никуда выходить из квартиры, подставляясь под взгляды любопытных прохожих. И так все утро пришлось пролежать в постели, притворяясь спящей – несколько раз в комнату заглядывала что-то злобно верещавшая себе под нос Лиза, правда разбудить меня она так и не решилась.
Несмотря на мое полное безразличие к ней самой и ее придиркам, сестра должна была помнить, что в детстве я никому не давала спуска. Мы с ней и еще парой мальчишек с нашего двора немало напакостили. Не специально. Кто станет умышленно бросать снежки в окна первого этажа? Или разбирать качели? Мы все делали исключительно в целях изучения. Не наша вина была в том, что не всегда снежки попадали туда, куда нужно, и в результате бились стекла, или разобранные качели не желали собираться обратно так, как было нужно…
Родители у меня были действительно хорошие: они не ругались и не кричали, вместо этого наливали нам всем по чашке горячего сладкого какао и спокойно объясняли, что мы сделали не правильно. Папа был ученым и объяснять умел, поэтому я своих ошибок не повторяла. Просто совершала новые. К тому же я была не способна специально сделать что-либо, что огорчило бы родителей, но и усидеть на месте больше пяти минут не могла…
И тогда в голову приходили все новые и новые захватывающие планы, вроде создания индейской типи в лесу или постройки унты, или запуска ракеты на Луну, или устройства катка посреди двора, или украшения стен дома индейскими узорами, как раз по свежей штукатурке…
Обычно дело так и не удавалось завершить, но сам процесс поглощал нас целиком. Время от времени, или почти всегда, это доставляло неудобства окружающим.
В общем, все местные кумушки единогласно считали меня заводилой, сорвиголовой и занозой в мягком месте.
До школы это меня мало волновало, но потом начались трудности. Одноклассники не хотели принимать меня в свои игры, так как наслышанные о шалостях нашей компании родители запрещали им со мной общаться.
Лиза вдруг возомнила себя взрослой и стала смотреть на меня свысока, она действительно тогда сильно выросла, начала гулять с мальчиками и завела себе стайку вечно хихикающих подружек.
Один из мальчишек, Эрик, уехал жить к отцу и старшему брату, куда, я не знала. Он обещал мне писать, но, наверное, просто забыл об этом.
Четвертым в нашей компании был небезызвестный Миша Аронин. Вот он остался мне другом до самого переезда в Англию и, несмотря на запреты родителей, всегда рад был поболтать или прогуляться. Парень был до жути общительный и беспокойный, поэтому в любой группе с легкостью сходил за своего. Но он был человеком мира и, в итоге, я все равно оставалась одна…
Именно тогда ближний лес и заброшенный «сказочный замок» стали моим постоянным прибежищем. Местные опасались там гулять – ходили слухи, что дом построен бандитами, что они собираются там по ночам на свои безумные сходки. Одни слышали там пьяные вопли и песни, другие – леденящий душу вой, и все они вместе бредили призраками. А мне это нравилось: долгое время я мечтала подкараулить и подружиться с каким-нибудь призраком. Каких добрых дел мы бы вместе насовершали! Но ничего не вышло – то ли привидения до смерти меня боялись, то ли давно разочаровались в нашей глуши и покинули заброшенное здание, переселившись в какой-нибудь старый замок, где могли вдоволь нагреметься цепями и попугать слабонервных живых человечков.
Но даже без призраков дом был неиссякаемым источником моих развлечений. Зимой я лепила около него ледяные фигуры и строила снежные замки, летом – читала, лежа в его прохладной тени. Это было мое свободное, справедливое и доброе царство, где не было любопытных и осуждающих.
