Подобно многим дарвинистам, Геккель считал мир природы ареной кровавой борьбы не на жизнь, а на смерть. Только цивилизованный человек способен преодолеть дикие инстинкты. «С точки зрения моралиста, – вспомним его высказывание, – животный мир находится на том же уровне, что борьба гладиаторов… В результате лишь наиболее сильные, наиболее ловкие и наиболее хитрые выживают».
В статье «Эволюция и этика» (1893) он писал: «Так же как у других животных, размножение человека совершается безостановочно и влечет за собою жестокое состязание за средства к существованию. Борьба за существование стирает тех, кто менее способен приспособляться к условиям жизни». Этот космический процесс эволюции преодолевает цивилизация: «Шаг за шагом человек успел создать среди космоса свой искусственный мир».
Получается, будто цивилизация поднимает на более высокий уровень организацию земной природы, а цивилизованный европеец – высшая форма развития человека разумного.
Иное мнение высказал Альфред Рассел Уоллес. В отличие от Геккеля он воочию видел жестокости капитализма и выступал за национализацию земли. В книге «Малайский архипелаг» Уоллес писал, что у так называемых дикарей, «людей, стоящих на весьма низкой ступени цивилизации, мы находим нечто близкое к совершенному социальному состоянию» (первобытный анархизм).
Однако агрессивная западноевропейская «индустриальная цивилизация» перемалывала в своих экономических жерновах другие народы и племена. На Новой Гвинее уже при Миклухо-Маклае колонизаторы уничтожали поселки аборигенов. Идея расового превосходства белых оправдывала политику порабощения народов.
В XX веке две кровопролитнейших мировых войны и крах СССР из-за поражения в идеологической борьбе показали, что техническая цивилизация – исчадие спенсеровского прогрессивного развития – обрела глобальные масштабы и подчиняет своей железной поступи страны и народы. Столь же закономерно углубляется мировой экологический кризис, ведущий к ускоренной деградации Биосферы и её обитателей.
Единая массовая техногенная культура оборачивается торжеством примитивного «техногенного человека», создаваемого по образу и подобию машины. Об этом много лет назад пророчески писал Н.А. Бердяев. Вторжение электроники, компьютеров лишь усугубило ситуацию. В современной цивилизации даже выдающиеся научно-технические свершения приносят людям и природе больше вреда, чем пользы.
Чарлз Дарвин в труде «Изменение животных и растений в домашнем состоянии» назвал «высококультурными расами» породы свиней, которые в результате искусственного отбора наиболее далеко отклонились от первоначальной дикой формы (кабана).
Выражение верное и, пожалуй, применимо к людям. А представления о том, что умственные способности и лучшие духовные качества передаются генетически, по наследству, подобно нажитому капиталу, распространены до сих пор.
Эту идею разрабатывал Фрэнсис Гальтон. В книге «Наследственный гений, его законы и последствия» (1869) он доказывал, что таланты так же наследуются, как физические особенности:
«Подобно тому как с помощью тщательного отбора нетрудно получить такую породу лошадей или собак, у которой быстрота бега представляла бы качество не случайное, а постоянное, или добиться какого-либо иного результата, в таком же роде, – точно так же было бы делом вполне осуществимым произвести высокодаровитую расу людей посредством разумных браков в течение нескольких поколений».
Он основал научное направление, которое до середины ХХ века имело немало приверженцев даже среди крупных биологов, назвав его евгеникой – наукой об улучшении рода человеческого. На эту тему писал, в частности, выдающийся советский генетик Н.К. Кольцов (за что был раскритикован). Принципы евгеники вошли в идеологию нацизма, утверждавшего преимущества арийской расы как основы для создания сверхчеловека.
Первые крупные военные победы фашистов, покоривших Францию, Бельгию, Польшу, Чехословакию, Норвегию, казалось бы, подтверждали миф о высшей арийской расе. Но полное поражение Третьего рейха от СССР показало, что советский человек морально выше и духовно сильнее «арийской белокурой бестии».
Впрочем, не борьбой идеологий и государств доказывается верность или ошибочность научной теории, относящейся к биологии. Как показали исследования, идея борьбы с наследственными дефектами имеет смысл и большое значение. На этом основана медицинская генетика. Хотя в отношении наследственности гениальности или выведения улучшенных «пород» человека ситуация прямо противоположная.
Мне довелось собирать материалы о детстве гениальных людей. Почти все они были обыкновенными детьми (а наследственные качества должны проявляться с младенчества). Точнее сказать, они были необыкновенны, как все дети.
