— Видит Юпитер, Ингимар, меня вряд ли что-то может смутить. Что ж, надеюсь, вы к концу недели приобретете пианино, ведь оно нужно не только Гориславе. Каждая девушка должна уметь блеснуть в обществе своим знанием музыки. Яролика, если вы желаете, я могу обучить вас игре на этом инструменте.
— Ой, — зарделась Яролика. — Я никогда не проявляла способностей к музыке. Только петь немного умею и все. Получится ли у меня?
— Это же будет отнимать много времени, — насколько мог вежливо сказал Ингимар. — Яролика, вы же учитесь.
— Но ведь это будут дополнительные занятия! — сияя, возразила девушка. — Учебе это вредить не будет. Я с удовольствием научилась бы играть.
— Разве можно отказать женщине? — покачал головой Маркус. — Ну же, Ингимар, соглашайтесь! Вы только подумайте, какие вас ждут вечера, когда Яролика будет играть, Горислава — петь, а вы — слушать! Эллизиум — не иначе!
Маркус вел себя очень вежливо и открыто, но дроттинов явно нервировала та быстрота, с какой этот миловидный изящный щеголеватый юноша освоился в их доме, а вот девушки явно были рады знакомству.
— Хм, — буркнул Ингимар. — И когда вы начнете? — наконец спросил он.
— С Гориславой я бы начал сейчас же: мы потренируем дыхание и направление потока мыслей и силы. А с Яроликой — как только будет приобретен инструмент, — отозвался юноша. — Кстати, позвольте дать вам несколько рекомендаций о необходимых характеристиках инструмента, раз вы никогда не сталкивались с игрой на пианино.
— Да, буду очень благодарен, — кивнул Ингимар.
В этот момент снова раздался стук дверного молотка.
— Прошу меня извинить, — произнес некромант, — я скоро вернусь.
Покинув комнату, он бросил ледяной взгляд на прикрытую дверь и заскрипел зубами. Быстро подойдя ко входной двери, он рывком распахнул ее и рявкнул.
— Да, в чем дело?
На пороге стоял слуга в красной ливрее:
— Дроттин Ингимар, ваш отец просил передать вам лично в руки! — он с поклоном отдал молодому человеку письмо в конверте, на котором ничего не было написано, повернулся и, с достоинством спустившись с крыльца, сел в ожидавший кеб.
Ингимар мрачно посмотрел ему вслед, захлопнул дверь и, не сходя с места, открыл конверт. Его глаза забегали по написанными строчкам, а сам некромант мрачнел все больше и больше. Закончив читать, он бросил угрюмый взгляд на гостиную и процедил.
— Ну, спасибо, отец!
Сложив письмо, он сунул его в карман и постарался придать своему лицу вежливое выражение. Посмотрев на себя в зеркало, Ингимар явно остался неубежденным, однако делать было нечего, поэтому он поморщился и направился обратно в гостиную. Услышав доносящиеся оттуда голоса, он заторопился, потому что Аурвандил говорил резко и запальчиво:
— Я думаю, это будет справедливым, Маркус, в конце концов, любой труд должен быть оплачен, вы не находите? Иначе будет как-то странно объяснить нахождение вас с юной девушкой вдвоем в одной комнате наедине.
— Я не буду находиться с ней вдвоем, с нами будет Яролика, да и вас я приглашаю понаблюдать за занятиями, если что-либо вызывает ваши сомнения, Аурвандил… — голос Маркуса звучал спокойно, но слышалось, что он слегка дрожал, будто его обладатель был уже готов сорваться.
— Вы полагаете, у меня так много свободного времени? Вы действительно полагаете, что мне нечем больше заняться, кроме как просиживать штаны, наблюдая, как вы с йомфру барабаните по клавишам?
— Я ничего не полагаю, дроттин, я всего лишь… — из последних сил держался Маркус.
— Я не дроттин, запомните это, прошу вас! — распалялся все больше алхимик.
Ингимар быстро вошел в гостиную. Покрасневший от ярости Аурвандил зло смотрел на гостя, а Маркус все так же спокойно сидел в окружении девушек, которые однако сейчас забились по углам дивана и со страхам наблюдали за перепалкой.
— Прошу прощения, — Ингимар быстро подошел к другу. — Аурвандил, успокойся. Очевидно же, что наш гость предлагает идеальное решение. Маркус, а вас я прошу извинить моего друга, он бывает слишком резок и щепетилен. Нам просто неловко оставлять вас без платы за отнятое у вас время. Вы очень любезны, что помогаете нам.
Аурвандил обескураженно посмотрел на друга, а гость любезно улыбнулся Ингимару, словно ничего и не произошло:
— Что до платы, то я все же решительно от нее отказываюсь. Я рад услужить этим двум йомфру. А Аурвандила я, конечно, безоговорочно прощаю, ведь я прекрасно понимаю, что его тон был вызван беспокойством за девушку. Горислава, вам очень повезло с таким защитником, он никогда не даст вас в обиду.
— Да, конечно, — пролепетала та, не зная, что и думать о поведении алхимика.
Аурвандил яростно засопел, но промолчал.
— Мы очень вам благодарны, верно, Аурвандил? — с нажимом сказал Ингимар. — Согласись, наш гость будет тратить свое время на помощь нам. Так что не стоит упрямиться, — он сверкнул в сторону друга глазами и вновь повернулся к дивану, на котором сидели уже пришедшие в себя девушки и невозмутимый Маркус.
— Да-да… В самом деле… Очень… — с трудом выдавил Аурвандил.
