Все трое посмотрели вверх, на Мини, потом вниз, на козу, потом пожали плечами и уставились прямо на меня. Мастер молитв разлепил свои неодобрительно поджатые губы и произнес:
– Ник Мэллори.
Я кивнул. Наверное, он нашел мое имя в полицейских отчетах.
– Нечистый, известный как Романов, – сказал он, – полагаю, находится в этом доме.
«Сам ты нечистый!» – подумал я. А вслух спросил:
– А вам зачем?
– Как это зачем? Мы прибыли сюда, чтобы его ликвидировать, – сказал мастер молитв, как будто разъяснял нечто само собой разумеющееся кому-то очень тупому. – Будьте так любезны, отойдите от двери и животных ваших уберите.
Я смотрел в его невозмутимое правильное лицо, в суровые серые глаза за золотыми очками и снова не мог понять: ну как же вышло, что я принял его за Романова? А его манера выражаться меня очень насторожила.
– Минуточку, – сказал я. – Не вы ли, случайно, предлагали Романову деньги за то, чтобы ликвидировать меня?
Они так удивились, что я понял, что ошибся. Розовенькое личико крысеныша изумленно вытянулось, но он тут же спохватился и презрительно ухмыльнулся. Мальчишка постарше моргнул и уставился на меня. Мастер молитв сперва был ошарашен, потом исполнился ужаса и жалости.
– Мой мальчик, – сказал он, – если вы могли подумать обо мне такое, если вы могли вообразить себе, будто я способен иметь какие-то деловые отношения с нечистым, это говорит о том, что вы действительно серьезно нуждаетесь в наставлении и исправлении. Я возьму вас с собой в Лоджия-Сити и в скором времени покажу вам, насколько вы заблуждаетесь. А пока что отойдите от двери!
– Но ведь вы наложили на меня какое-то заклятие там, в Лоджии, разве не так? – спросил я. – Наверняка наложили! Это единственное возможное объяснение.
Лицо мастера молитв окаменело.
– Попрошу в моем присутствии выбирать выражения! – сказал он. – Воздержитесь от грязных речей. Я таких гадостей не делаю. То, что сделал я, – вполне законно, и я свободно в этом признаюсь. У меня в обычае, уже много лет, ежедневно возносить нужные молитвы о том, чтобы ко мне явился некто, кто мог бы привести меня в то место, где скрывается Романов. И вчера я получил ответ на свои молитвы: явился ты. Отыскав тебя, я затем поручил Джоэлу, – он отечески положил руку на голову старшего мальчишки, – следить за твоим побегом и наложить на тебя узы, которые привели нас в это место. Но все это было сделано в чистоте и должным образом.
И он сомкнул губы в ниточку и сурово уставился на меня.
– Другими словами, – сказал я, – что-то вы сделали, но «заклятие» – слишком грязное слово.
Мастер молитв воззрился на меня гневно. Мальчишки мельком переглянулись. Им это явно нравилось.
Мини шумно выдохнула через хобот.
– Нич-чего не понимаю!
«И не старайся, – подумал я ей. – Они просто психи». Я с интересом обнаружил, что никто из этих троих, похоже, не заметил, что Мини что-то сказала. Как будто она говорила на той волне, на которую они не были настроены.
– В таком случае, извините, если я покажусь невежливым, – сказал я, – однако же я думаю, что грязная уловка есть грязная уловка, как ее ни назови. Вы меня арестовали ни за что. А что вам сделал Романов?
Оба мальчишки ответили одновременно. Маленький крысеныш сказал:
– Он мерзок, очень мерзок, и к тому же прячется здесь, где мы не можем до него добраться!
– Заткнись, Иафет! – сказал Джоэл. – Романов не молится должным образом и добрался до мастеровых со своими антимолитвами, так что теперь они то и дело требуют повысить жалованье. Разве не так? – спросил он, преданно взглянув на папочку-мастера.
Мастер молитв кивнул и снова погладил Джоэла по головке.
– Всезнайка! Подлиза! – буркнул крысеныш Иафет, но мастер молитв сделал вид, что ничего не услышал.
– Ну и что? – сказал я. – Почему бы им не попросить побольше денег? Ведь это им приходится сидеть в лучах радиации и вышивать эти красивые цветочки, которые все вы таскаете на одежде!
Мастер молитв снова взглянул на меня с грустью и жалостью.
– Ты не зришь истины! – скорбно произнес он. – Когда мы покончим с Романовым, я с радостью возьму тебя в наш Молитвенный дом, дабы ты мог получить достойное обучение.
Мальчишки обменялись злорадными взглядами. Я так понял, что им это тоже доставило бы немало радости. И ботинки у них, наверное, кованые…
– Только попробуйте! – сказал я им. – Я крупнее и сильнее вас обоих. Вам еще повезет, если у вас все пальцы целы останутся.
Джоэл хмыкнул, а крысеныш Иафет сказал:
– Ну да, но ты-то будешь под молитвой, а мыто нет!
А мастер молитв стоял, как будто все это его не касалось.
– Милые ребятки ваши сынки, не правда ли? – заметил я. – Сдается мне, фиговый из вас отец!
Он не обратил на это внимания.
– Убери своих животных, – сказал он, – и отойди от двери.
– Ну, предположим, я это сделаю, – сказал я, – только все равно вам с того никакого проку не будет. Романова-то дома нет! Разве я не сказал? Я прошел весь этот путь понапрасну, так же как и вы.
Мастер молитв и на это тоже не обратил внимания. Он поднял руки к плечам, ладонями в мою сторону, и произнес:
– Да будет услышана молитва, отворяющая все порталы!
