– Это все так сложно, – проговорила Лисневская. – Но я постараюсь тебя не запутать. В общем, моя мать происходит из дворянского рода. Ее прадедом был граф Алексей Волговский. Он закрутил роман с актрисой. Родилась дочь Ксения. Граф забрал ребенка себе на воспитание. Но однажды в его усадьбе случился пожар и девочка исчезла. Все думали, что она погибла. Однако через несколько лет выяснилось, что она с матерью, Николеттой Рейнхарт, живет в Париже. Граф об этом узнал. Хотел вернуть Ксюшу. Сам он к тому времени покинул Россию, женился на француженке и стал отцом мальчика. Дочь отказалась жить с ним. А бывшая любовница вышла замуж за его родного брата Александра Волговского – внебрачного сына отца и какой-то служанки. Еще в годы Гражданской войны тот поменял дворянскую фамилию на Волга. Братья не только оказались соперниками в любви, но и в политике. Один поддержал белых, а второй – красных. Александр не хотел, чтобы его что-то связывало с братом, которого считал предателем. Получилось, что маленькую Ксению, дочь Алексея Волговского, воспитал ее дядя Александр. После революции они с супругой и девочкой вернулись в Россию. Так вот эта Ксения – моя прабабушка. А Оливье Шарлеруа, точнее Андрей Волговский – потомок графа по французской линии. Прадедом Андрея был сын графа и его жены-француженки.
– Хм… Действительно все запутано, – заметил внимательно слушавший ее Лев. – Значит вы с Шарлеруа родственники?
– Ну да, какие-то дальние. Частично эту историю я знала от матери, которой ее еще в детстве рассказала бабушка. А некоторые подробности мне поведал сам Оливье. Он шутливо называл меня своей кузиной. И приехал сюда не только чтобы открыть кондитерский бизнес, но и чтобы найти русских родственников графа.
– Прям тайны Мадридского двора… Внебрачные сыновья, любовницы-актрисы, пропавшие сокровища…
– У каждого в роду можно гнильцу найти, если хорошо поискать, – пожала плечами Лисневская.
– А орден какую роль во всем этом играет?
– Орден был вручен графу самим императором Николаем Вторым. Волговский то ли спас кого-то на войне, то ли еще какой-то подвиг совершил. История об этом умалчивает. Факт в том, что орден имелся. Ксения, когда случился пожар, взяла с собой из усадьбы орденский знак – крест, ну или двуглавого орла, если так привычнее. Сам орден остался в семье Волговских. Правда, позже он был утерян. А во Франции девочка отдала орла своему маленькому братишке. Андрей Волговский посчитал, что честнее будет вернуть орденский знак в Россию, потомкам графа и Николетты Рейнхарт, поэтому подарил его мне.
– Как-то слишком просто. Он что, такой благородный, что вот так взял и отдал тебе цацку стоимостью в несколько миллионов долларов? – усомнился Каплин.
– Он был неплохим человеком. Даже, я бы сказала, хорошим. И считал, что деньги ему ни к чему. Он ведь был неизлечимо болен.
– То есть ты знала, что у него ВИЧ и все равно спала с ним? – воскликнул следователь возмущенно.
Правильные, благородные черты его лица вмиг исказили гнев и ревность.
– Да не спала я с ним! – заявила вдруг Дарья.
– А кто спал? Постой… – Льва осенила неожиданная догадка. – Женя?
Она молча опустила голову. Каплин в первую секунду даже растерялся от такого открытия.
– Почему ты никогда не говорила о своей сестре?
– Да, на видео она. Но больше она никак со всем этим не связана.
– Это уж мне решать.
– Мы что, на допросе? – взвилась Лисневская. – Тогда вызывай меня к себе в кабинет и там поговорим.
– Мы сейчас поговорим! – он повысил тон. – И не смей дерзить!
Дарья притихла. Смотрела на него хмуро, но с невольным уважением.
– Как получилось, что твой муж в курсе про орден?
– Сама рассказала. Дура. Хотелось похвастаться, доказать ему, что я и без его денег не нищая.
– Действительно дура… Детский сад, – согласился Каплин. – А откуда твоя сестра знала кондитера?
Лисневская закатила глаза и недовольно цокнула. Хоть и посмотрела с обидой, но ответила спокойно:
– Женя с детства во всем старается мне подражать. Мы и так очень похожи, но она еще и одеваться стала в моем стиле. На фото иногда не сразу можно определить, я это или она. Что уж говорить про некачественное видео с дешевой камеры. Андрей как-то подвез меня к матери, а там была Женька. Я их познакомила. Позже узнала, что они встречаются. Хотела отговорить ее, но она только распсиховалась. Сказала, что знает про его болезнь и что ей все равно.
– А вот эта история с ролевыми играми? С каким-то похожим на орудие убийства ножом, который ты якобы брала в руки? Это что все?
– Это вранье, – просто ответила она и наткнулась на тяжелый взгляд. Злой взгляд.
– И часто ты врешь?
Не дождавшись ответа, Каплин стал ее отчитывать:
– Даша, мне кажется, ты до сих пор не понимаешь, насколько все это серьезно! Речь идет об убийстве. Погиб человек! Это не шутки!
– Я понимаю! – вдруг воскликнула она. – Более чем хорошо понимаю! Я вообще не знаю, сколько ночей не могла нормально спать!
Она заплакала.
– Я не рассказывала тебе всего, потому что тогда ты бы посадил мою маму! Я знаю – это она убила Андрея! Из-за Женьки!
