Вот посреди всего этого горелого хаоса и заспорили летчики. Понятно, что у каждого свои соображения насчет тактики – подходить ли звеньями клином, змейкой или пеленгом. Надо признать, что во всех построениях были и свои плюсы, и свои минусы, да и по оружию тоже мнения разделились – у каждого типа были свои сторонники. Разве что воспевателей «выливаек» тут не нашлось. Но это и понятно – полк чужой, и хвалить их перед своим полком нехорошо. Да и неприятны эти баки в полете. Здоровенные и опасные. Понятно, что сразу несколько точек споров возникло. Кто про что.
Остряк Виталик был апологетом установки на штурмовики 37-мм пушек и даже пару раз сумел на таком агрегате пушечном полетать – правда, без стрельбы. А так как в любой бочке шутник был затычкой, то и тут не утерпел. Он вообще был сторонником больших калибров – нравились ему здоровенные дудки. И свары ему тоже нравились, любил он завести товарищей на горячий спор, чувствуя себя как рыба в воде.
– Не летал ты с такими пушками, – хмуро заверил его мощный новичок, недавно прибывший в полк и еще не знакомый с Виталиковыми привычками.
– Это как не летал?! Еще как летал! – возразил с праведным негодованием шутник.
– Но ведь не стрелял? – не удержался Корнев. Он-то не раз уже слышал дифирамбы своего подчиненного этому типу Илов.
– И что? Разница невелика – у нас 23 миллиметра пушки, а там на 14 всего больше. Наши-то вон средние не берут – выщербины на башне все видали – ткнул Виталик пальцем в сторону стоящей рядом выгоревшей громадины Т-4. А была бы у меня 37 мм, я бы дырок наделал!
– Да ни хрена! – отозвался уверенно новичок и сплюнул.
– Ты-то почем знаешь? – поднял брови домиком Виталик.
– Я летал с такими. Тоже купился на то, что мощные шибко. Ну и ошалел, когда впервые бабахнул – штурмовик аж остановился в воздухе! Такая отдача, что вот перед войной я на своем грузовичке в столб въехал – так те же ощущения были…
– Так может, ты и на Иле в столб? Раз на грузовике-то? – подначил Виталик.
– Не, этот столб моему грузовику дорогу перебегал, а в воздухе – откуда столбы? Не, там отдача! Неудачная конструкция, не для самолета. И боеприпаса кот наплакал, всего ничего. Да еще работали не синхронно пушечки эти, дергается самолет вправо-влево, как припадочный, хрен прицелишься толком. А спешить надо – по средним их танкам дальше 500 метров бить бесполезно, не попортит. И только сбоку или сзади надо. Вот и гляди сам. А ПТАБы сыпанул с любого направления – и капут! – уверенно и веско заявил новичок.
– И все равно пушки такие – вещь! – уперся Виталик.
– С чего бы? И так горбатый на манер утюга летает, а с этими бандурами – так еще больше тупеет, особенно на виражах и боевом развороте видно. Даже по скорости полета заметно – ощущение, словно с выпущенными шасси прешь. И рулями управлять сразу куда тяжелее. На себе проверил! – заявил новичок и показал свои ручищи. Здоровенные такие клешни, сразу наглядно – раз ему было тяжело, то и более хлипким Виталикам не по зубам выйдет.
– Говори! Вон Щеглов на Яке с Нудельмановской сорокапяткой одним снарядом двадцать эшелонов тормознул! Одним снарядом! – выдал остряк победно.
– Голова садовая! НС-45 на Яке ставится одна-одинешенька, строго по центру, разноса на крылья нет, как в парной установке, и потому не дергает самолет туда-сюда с боку на бок каждым выстрелом. И дульный тормоз там – приходи, кума, любоваться – здоровенный, отдачу гасит за милую душу! Да и паровоз – не танк, по нему с любой стороны лупи и с любой дальности – лишь бы попасть. Не, ПТАБ куда лучше – как высыпал две сотни бомбочек с одной пташки, так и накрыл все внизу. Одна бомба на 15 квадратных метров выходит, а тот же немецкий танк – вот как этот твой – самое малое, 18 квадратов. И тю-тю. Все тю-тю, что в полосу осыпи попало, а это 15 на 200 метров считай. Задолбаешься ты из пушек столько бабанить! – парировал уверенно мощный летчик и усмехнулся, чтоб не обидно товарищу было, что дураком его выставили.
