Он вспомнил запах палённых проводов и пластика что висел на семьдесят седьмой и его сердце забилось чаще.
«Вот чёрт!»
77-я была обречена. Огонь уже охватил её коммуникации и двигался в глубине перрона, пожирая одну техническую ячейку за другой. Переборки замедляли его бег, а недостаток кислорода не давал разойтись в полную мощь, но стоит ему добраться до ближайшего обвала, трещины или иного дефекта ведущего наружу…
Дед увидел всю картину ясно, так, словно знал всё наперёд, и рванулся обратно со всей возможной прытью — следовало предупредить людей. Но когда он, задыхаясь, добрался до люка, то схватившись за поворотный круг… закричал.
Обе ладони обожгло с такой силой, будто он прикоснулся к металлическому боку только что вскипевшего чайника.
Первой реакцией был шок.
Взрослый, потёртый жизнью мужик, просто не понимал как такое возможно. Перед глазами стояли тысячи лиц тех, кто находился в туннеле на семьдесят седьмой. Сидящих, лежащих кто-где, разыскивающих родственников и неустанно двигающихся в обоих направлениях.
Но ещё большим шоком стал тот факт, что он… ИМЕННО ОН!
Выжил.
Дед очнулся и понял, что всё это время смотря на свои обожжённые ладони пятился прочь. Его ИскИн звенел в голове тревожными оповещениями. Сигнализировал о пониженной нервно-психологической устойчивости, о состоянии нервного потрясения и шока. Пытался растормошить носителя и отвлечь от того ужаса что запятнал его мысли.
И у него получилось.
Машинист рванулся прочь, прекрасно отдавая себе отчёт, что пламя охватывает его со всех сторон. Обе параллельные улицы пылали, о чём говорили раскалённые люки-выходы. Конкретная техническая ячейка, в которой он метался между двух огней — тоже проживёт не долго.
Пот градом катился по лицу человека, не желающего умирать.
Дед бросился к перекрёстку. Чтобы оставался технический контроль для обслуживающего персонала, здесь, через равные промежутки были установлены специальные переборки. Если внутрь основного коридора мог попасть кто угодно, попросту спрыгнув на парамагнитные рельсы и открыв люк, то тут такой финт ушами уже не прокатывал. Требовался личный ключ доступа.
Но машиниста подобные вопросы волновали мало. Он понимал, что именно переборки и тонкие стены-перегородки между ячейками замедляют огонь.
Добравшись до перекрёстка, Дед вытащил из кармана складень и одним щелчком выстрелил лезвием. Нажатие на кнопку разогрело плазменную дугу на клинке, питающуюся от встроенной батареи. Универсальная штука, если нужно порезать что-то твёрдое и при этом не искалечить нож.
Но не предназначенная чтобы вскрывать переборки.
Загнанный в ловушку человек не планировал играть в джедая и обжигая руку ещё сильнее пытаться проплавить переборку прорубив себе проход на ту сторону. Нет, он точно знал где располагается сокрытый под слоем пластика и металла запор — им и занялся.
С перекошенным от страха и напряжения лицом он десяток минут аккуратно надрезал обшивку.
Если плазменная дуга потухнет…
Если батарея мигнёт и закончит цикл своей жизни…
Если не предназначенный для таких нагрузок нож сломается…
Он закончит свою жизнь здесь. Обгоревшим до самых костей скелетом, одной из тысяч пропавших душ.
Противостояние за Зареченский район разгорелось нешуточное. Благодаря сопротивлению подразделения 3.3 Кардинал сумел стянуть к месту предполагаемого прорыва резервы и роботизированные комплексы поддержки.
Японская пехота попыталась уклониться от боя лоб в лоб и малыми отрядами разошлась в стороны, прячась в разрушенных зданиях и рассчитывая зайти в тыл подразделениям Российской империи.
Понимая, что в полной мере помешать им не удастся, капитан приказал организовать круговую оборону на ключевых перекрёстках, занять десантные капсулы, а из остатков подконтрольных людей сформировать ударные группы, призванные охотиться за чужаками.
Банальная русская смекалка, в условиях пылающего города, работала лучше общеизвестных тактических приёмов.
В ковре из пепла и сажи, что неустанно сыпались с неба, было видно любые следы, а подошвы сапог японцев отличались от российских, что позволяло со стопроцентной точностью идентифицировать противника.
Всю ночь охотничьи отряды выслеживали врагов, которые в тёмное время суток приостановили свою наступательную деятельность. С помощью воздушных дронов находили цепочку следов, брали под контроль здание, где предположительно засел противник… и потихоньку сжимали вокруг него кольцо.
А затем — всегда следовал штурм.
Люди спали урывками третьи сутки. Кардинал разрешил использование стимуляторов и это на какое-то время выправило ситуацию в лучшую сторону. За ночь обнаружили и уничтожили пять малых азиатских подразделений.
Причём уничтожили по-разному.
Одних нашли на третьем этаже руин, окружили и подогнав РКП Москит, разнесли с его помощью несущую стену, заставив целый сегмент здания сложиться подобно карточному домику.
