С внезапно свалившимся богатством Сушков мог бы не искать работу, а, открыв валютный счет в каком-нибудь надежном банке, преспокойно существовать на проценты. Но, во-первых, денег с процентов не хватило бы на вольготную жизнь, а во-вторых, у органов правопорядка быстро возникли бы к нему вопросы, на которые Анатолию ответить было бы затруднительно. Лучше тратить их небольшими частями, где-нибудь кем-нибудь подрабатывая – на мороженое для племяшки и себе на пиво.
Кем-нибудь подрабатывая…
Нет, эта жизненная философия не для него. Он должен сделаться кем-то, а не кем-нибудь.
Перебираясь с места на место, он успел опробовать много профессий. Не грузчиком нанимался, конечно, и не дорожным рабочим. Менеджером: по продажам, по рекламе, по бартерным сделкам. И всегда оставался на той же первоначальной позиции, ни разу не поднявшись хотя бы на одну карьерную ступеньку.
А ему очень, очень хотелось стать «величиной».
Но где бы он ни работал, все повышения проходили мимо, а освободившиеся командные посты занимали убожества.
Регинка закончила школу, потом курсы парикмахеров-универсалов, устроилась работать в салон красоты, получила дополнительный диплом визажиста-стилиста, а ее дядька продолжал маяться в составе офисного планктона самого низшего пошиба.
Дожив до предпенсионного возраста и не реализовав карьерной мечты – такой простенькой и понятной, – он озлобился на весь мир, отчего нрав его, и без того скверный, сделался невыносимым. Регинка сказала, что хочет разъехаться.
Анатолий устроил скандал. Не оттого, что не хватать ее будет. А потому – с какой стати она так решила?!
Припомнил ей неудачное замужество и что ее бывший – брутальный мачо, модель из рекламного агентства, оказавшийся изощренным садистом, – до сих пор не оставляет ее в покое, преследуя телефонными звонками, а когда и если она станет жить одна, без дядьки, то урод будет преследовать ее и физически, колотясь в дверь квартиры, чтобы устроить дебош.
Регинка принялась орать, рыдать и бить посуду.
Анатолий притих, уразумев, что ничем девку не прошибешь. Начали подбирать варианты.
И тут, на закате жизни, ему повезло! Глобально и масштабно.
Правда, он не сразу это понял.
Последним местом его работы была фирма, торгующая оргтехникой, – солидная, с головным офисом и множеством филиалов по окраинам города. Он добился вакансии офис-менеджера. Прекрасная должность, почти руководитель, хотя многие считали, что почти секретарь.
Не это главное. Анатолия очень быстро убрали, и именно это стало трамплином для его триумфа, как ни парадоксально.
Его место заняла смазливая девчонка лет двадцати, с дикой прической и совершенно необразованная, но он к ней не имел претензий. Он знал виновного.
Не проработав и месяц испытательного срока, Сушков почуял неладное. Сначала он стал замечать за спиной у себя хмыканье и смешки. Несколько позже – недовольные рожи продажников и их же косые взгляды.
Потом он подслушал их разговор. На площадке запасной лестницы, где еще можно было спрятаться и покурить, кто-то передразнил его манеру говорить по телефону. Еще кто-то пожаловался, что «старый пень перепутал номера заказов, ребята гоняли транспорт впустую». Кто-то зло проговорил, что из-за него сорвалась сделка с новым корпоративным клиентом. Вслед за этим Котельников, замгенерального, произнес: «Да, работать не умеет, старый. Будем увольнять».
Толик негодовал. У него никогда не было такого дребезжащего голоса. Он никогда не вставлял между слов беспомощное стариковское «мнээ». Он никогда не путал падежи и местоимения. А если и ошибся цифрой в номере заказа, то… То надо разобраться, он ли ее спутал. Может, кто-то другой.
Никто разбираться не стал. В качестве акции гуманизма Котельников предложил ему перевод в один из филиалов у МКАД. Курьером.
Бледный от гнева и унижения, Анатолий молча выслушал приговор и согласился.
Зачем? Это ведь не его формат. Он мог бы вообще никуда не устраиваться, поскольку выработал пенсионный стаж.
Сушков не мог себе ответить.
Потом понял – это была судьба. Она наконец соизволила преподнести пасынку порцию заслуженной удачи. И не пасынок ей, выходит, Анатолий Сушков, а любимое чадо, испытанное на верность долгими годами. Он не подведет старушку, успеет за отведенный срок оправдать ее щедрый дар.
Помещение по адресу: Проектируемый проезд, дом 12 – номер самого проезда был четырехзначный, и Анатолий его не запомнил, – мало походило на офис. На самом деле это была ремонтная мастерская, куда местные приносили ноуты в починку, и смартфоны для замены аккумуляторов, и…
– Не могу ли я вас попросить… – откуда-то издалека услышал он женский голос и вздрогнул.
Надо же, как погрузился… На краткий всего миг, а вышел из реальности основательно. Заметила ли что-нибудь она?
– Да, я весь во внимании, – с легкой усмешкой ответил Ягин. – Слушаю вас, моя дорогая госпожа.
– Если это не слишком вас затруднит… Не могли бы вы продемонстрировать технику, с которой работаете? Не на полную мощность, а как бы в формате демоверсии. На мой номер можете позвонить, если требуется именно телефонная связь. Я продиктую…
