– Надо же, как мы заговорили! – прошипела «подружка» Петровской. – Вчера ты тряслась, словно затравленный зверек, а сейчас откуда-то «прорезался» голос… Тебя это вообще не касается!
– Так же, как и тебя, – парировала подруга.
Мне совершенно не нравилось, куда двигалось все это унизительное действо. Не хватало еще вцепиться друг другу в глотки. Я знала, что рано или поздно выскажу этой выскочке все, что о ней думаю, но не предполагала, что это произойдет именно сегодня. Честно признаться, после всего того, что произошло в последние полгода, я вообще перестала думать об Ольге. Ее редкие подколы были мне абсолютно безразличны, ведь я была счастлива, а она, несмотря на все свое богатство и красоту, все равно продолжала мне смертельно завидовать.
– Спасибо, милая. Я могу сама за себя постоять… – мягко проговорила я и снова уставилась на соперницу.
– Правда? Так уж действительно и можешь? – пролепетала Петровская, изо всех сил пытаясь «не потерять лицо». – А я-то всегда думала, что тебе для этого всегда нужны твои верные помощники…
Я тихо и злобно хохотнула. Очевидно, наконец настала пора «вывалить» на эту дрянь все то, что я хранила в себе целый год. Я не рассказывала об этом даже ребятам. Не потому, что не доверяла, а потому, что это касалось только меня, только моих чувств и переживаний. Будь я такой, как Ольга, то уже давным-давно растрепала бы обо всем всему университету, но, к счастью, мы с ней кардинально различались: я умела хранить не только тайны друзей, но и тайны своих врагов.
– Под выражением «отрывались», не ту ли ночь ты подразумеваешь, когда ребята из нашей футбольной команды устроили вечеринку за городом накануне Нового года?
Во взгляде Петровской что-то резко переменилось. Я поняла, что она испугалась. Очевидно, ей было невдомек, что мне все об этом известно.
– Ты уверена, что хочешь, чтобы я продолжила?
– Оля, о чем это она? – пробормотала «Даша», пристально смотря на свою подельницу.
– Ты не посмеешь! – прошипела она. – Иначе, сама будешь выглядеть полной идиоткой. Ведь тогда он все еще был твоим женихом…
Думаю, что она сама поняла, насколько же жалко все это прозвучало.
– Ошибаешься, – отозвалась я. – Тогда он уже как месяц встречался с Мари.
– Ага!!! – завопила Ольга, изо всех сил пытаясь перевести тему. – Ты уже тогда слетела с катушек! Перерезала себе вены, чтобы заставить Эдуарда к тебе вернуться! Жалкая… жалкая самоубийца!!!
– Лучше быть самоубийцей, чем той, кто напивается до потери пульса, играет в «правду или действие»…
Нижняя челюсть Петровской предательски затряслась, а ее голубые глаза вмиг заблестели.
– …а затем спит с целой футбольной командой.
Повисла долгая пауза. У Полины и Ясмин так и «отвисли» челюсти. Подружка Ольги также замерла, вопросительно глядя в спину последней.
Я почувствовала, как у меня самой вдруг увлажнились глаза. Я знала, что это «удар ниже пояса», но она сама вынудила меня обо всем рассказать. Если ты постоянно унижаешь других, то будь готов, что рано или поздно все вернется к тебе сраным бумерангом.
– Знаешь, в чем наше главное отличие? – спросила я, и, не дожидаясь ее ответа, закончила сама, – В том, что ты себя не уважаешь. Не ценишь. Раздаешь направо и налево.
Петровская уже почти рыдала, а я все равно продолжала, не в состоянии остановиться:
– Ты ведь прекрасно понимала, что он переспал с тобой только из-за безысходности. А еще из-за того, что был пьян в стельку. И даже зная это, ты все равно позволила использовать себя.
– Ты… Ты… – шипела Ольга, не в состоянии вставить что-то еще.
– Ты всегда знала, что он любит меня, но все равно сделала то, что сделала. Потом, тобой точно также пренебрег Анджей, и тогда ты сломалась. Поняла, что осталась один на один со своей злостью… и болью.
– Я… ненавижу тебя!!! – завизжала она и со всех ног бросилась прочь.
Кажется, теперь безупречной репутации Ольги Петровской окончательно пришел конец. Слишком многие успели услышать то, что они услышали. Я не хотела, чтобы все сложилось таким образом, но она сама была виновата.
– Оля, Оленька!!! Подожди! Подожди же меня… – щебетала безымянная девица, изо всех сил пытаясь догнать свою «королеву» на огроменных каблуках-шпильках.
Стерев с глаз проступившие там слезы, я резко развернулась на носках и, молча пройдя мимо девчонок, снова нажала на кнопку вызова лифта.
Створки вновь с тихим шипением разошлись в стороны. Я зашла внутрь, а Полина и Ясмин буквально влетели следом за мной.
– Ты в порядке? – спросила ливанка несколько мгновений спустя.
Я утвердительно кивнула.
– Неужели, это все правда? – поинтересовалась Полина, когда лифт прибыл на нужный этаж.
Я снова молча кивнула.
– А как ты об этом узнала?
– Слышала, как обсуждали парни из команды. Мне тогда нужно было встретиться с Даниелем по поводу списка литературы по пропущенному материалу. Он обещал прийти в библиотеку, но где-то задержался.
– Дай догадаюсь… кретины профукивали пары в закутке?
– Про-фу-ки-вали? – переспросила Ясмин, старательно проговаривая каждый слог.
