— Потому что ты смотришь на ситуацию и видишь только верхний слой и не замечаешь возможные последствия. Слышал о таком выражении: причина и следствие? Каждый твой поступок приводит к определенному результату. И если не хочешь, чтобы он оказался плохим, думай заранее о своих действиях, желательно на два или три шага вперед, — я пожал плечами. — Странно, что приходится объяснять такие вещи. Думал, ты был более осторожен, когда воровал древние редкости.
— Я и был осторожен, — огрызнулся Нильс, но слишком вяло. — Когда касается дела, я все просчитываю. Просто сейчас такое ощущение, что вся жизнь стала одним большим делом, и приходиться постоянно следить за собой.
Я снова пожал плечами, хладнокровно заметил:
— Это дисциплинирует.
Следопыт промолчал, делая зарубку на память еще одного аспекта древнего искусства пути духа.
— Значит мы до конца ритуалов никуда не уйдем? Не покинем резиденцию? — уточнил он спустя небольшую паузу.
Я сделал еще один глоток из кувшина, скривился, эль оказался худшим, какой только доводилось пробовать, но выбирать не приходилось. Лучше это, чем совсем ничего. Следовало довольствовать малым, концентрируясь на цели и отринув постороннее. Таков путь адепта мар-шааг, способного не замечать неудобства и сосредотачиваться на главном.
Наконец ответил:
— Это было одним из условий сделки с бургомистром. Он нам не доверяет, — помедлил, уточнил: — Точнее мне, ты идешь довеском, в качестве ассистента и помощника.
— То есть, если мы захотим уйти нас не выпустят? — настороженно уточнил Нильс.
Я сделал новый глоток из кувшина, внимательно посмотрел внутрь — ну и гадость, и только после этого рассеяно спросил:
— А что, у тебя есть планы за стенами резиденции?
Вопрос на мгновение повис в воздухе, затем следопыт неохотно произнес:
— Да нет, никаких дел в Винисгорде у меня больше нет. Просто неуютно ощущать себя пленником.
Я хмыкнул:
— Мы не пленники, если тебя это так волнует. Скорее партнеры, которым градоначальник не доверяет. И кстати, чтоб ты знал, кроме той парочки железных болванов, нас караулят еще не меньше четырех или пяти человек. Они прячутся в конце коридора с обоих сторон и стараются не показываются на глаза, но я их заметил. Могу ошибаться, но кажется, как минимум двое вооружены мощными арбалетами, — я отставил кувшин в сторону: — Так что, наш друг бургомистр хорошо подготовился на случай, если мы попытаемся выйти из этого крыла зданий, не то что из самой резиденции.
Несколько секунд следопыт молчал, переваривая услышанное, после сделал очевидный вывод:
— В смысле, мы заперты не только в резиденции, но и в этом зале?
— Угу, — я подтвердил и уточнил: — И спать скорее всего придется тоже здесь. Так что можешь уже приглядывать себе местечко получше.
И рассмеялся, увидев ошарашенное выражение на лице парня.
— Они не могут нас здесь запереть, — возмущенно воскликнул он. — Мы же стараемся спасти этого жирного борова! — тут он осекся и поправился: — То есть, по крайней мере, он так думает.
— Вот именно. И чтобы шансы на успех повысились, его превосходительство принял необходимые меры. Ты же сам назвал его хитрым ублюдком, забыл? А какой хитрый ублюдок позволит шастать по своему дому парочке подозрительных личностей, обещавших заставить работать древний магический механизм, которому уже много веков?
Вопрос риторический. Понимая это Нильс промолчал, сквозь зубы выругавшись касательно подозрительности отдельных представителей городской верхушки.
Лично для меня поведение градоначальника не стало сюрпризом. Жуэль Болсонар бургомистр Винисгорда, был кем угодно, но только не доверчивой личностью. Он подстраховался, считая, что гости находится под контролем, и в чем-то был даже прав. Даже справившись с солдатами внутри, снаружи нас бы поджидала целая армия. Поэтому по мнению бургомистра, мы будем играть честно, стараясь оградить свою жизнь от холодного железа стражников и наемников.
К счастью, его превосходительство не разбирался в магии и не мог знать, что мы действительно не собирались его обманывать. Но это касалась лишь первой части плана, где пробуждался Обелиск. Что касается списка лиц, что уйдут магическими путями из осажденного города, тут наши мнения расходились.
Словно угадав, о чем думаю, Нильс вдруг спросил:
— А если жирдяй догадается спросить у знающих людей насчет принципа работы Обелиска? Наверняка в городе есть люди, кому это известно. Те же владельцы магических лавок например.
Я кивнул. Правильная мысль.
