Но ближе стало понятно, что это всего лишь еще один осколок древнего имперского величия, пребывающий в жалком состоянии разрухи. Полуразрушенная башня едва не падала, у основания приткнулся истыканный стрелами скелет. Стрелы давно сгнили под дождем и снегом, угадывались лишь очертания, выложенные трухой. Только металлические наконечники неплохо сохранились, но тоже щедро подернутые слоем застарелой ржавчины.
Внутри ничего нет. Сквозь проломы видна обвалившаяся лестница, каменные ступени ведут в пустоту. Когда-то там было три этажа, сейчас продуваемое ветрами пустое пространство. Ни перекрытий, ни балок, ничего. Даже крыша не сохранилась.
Разглядывая монумент древнему величию имперской власти в душе Га-Хор Куэль Ас-Аджари колыхнулась горечь обиды, что все так закончилось. Его страна, его родина перестала существовать, вместо некогда великого государства появилась жалкие обломки, остервенело рвущие друг друга на наследие павшей империи.
Вспомнились Ольц и Андар, Винисгорд, выступивший в роли приза для одного из монархов. Что-то подсказывало, что в других местах ситуация не лучше. Каждое королевство и даже отдельное баронство, ведомые мелкими корольками, вели свою борьбу, желая заполучить, как можно больше. Некогда единое государство превратилось в лоскутное одеяло, где каждый сам за себя, и давно уже не вспоминает о едином великом прошлом.
У современника тех времен это вызывало обиду. Для меня это была лишь веха давно почившей истории. Почти позабытой, подернутая прахом забвения.
Я двинулся дальше, оставляя за спиной дозорную башню. Мысли о Старой Империи, перескочили на Коллегию, с нее на Обелиск, а после вернулись к недавним событиям, к странной башне в форме кристалла, погибшему Бьерну и рогатым существам, некогда властвовавшим в этом мире.
Это была сильная магическая раса. Даже такую посредственность, как Бьерн, их артефакт перерождения наделил невероятными колдовскими способностями. Как ярко в конце сиял его Сумеречный Круг, напитанный небывалой мощью. Даже мой рядом выглядел блеклой поделкой.
Можно только догадываться каких высот удалось бы достичь мне, если бы получил способности расы демоноподобных, и до каких вершин удалось потом раскачать каждое заклинание. Не говоря уже о Средоточии. Ведь тело рогатых тоже подвергалось изменению, и судя по всем оно гораздо лучше приспособлено для использования магии. Оно давало развитую внутреннюю энергетику, отсюда и повышенные физические параметры, их питала мощь струящейся в организме энергии.
И плата за это могущество одна — полностью нечеловеческий вид, что ставило крест на увлекательной затее. Превращение в монстра, от которого будут шарахаться, значило превратиться в изгоя, не способного открыто находиться в селах и городах. Даже простая остановка в придорожном трактире станет проблемой, не говоря уже о путешествии по оживленным дорогам.
Нет, цена слишком высока, поэтому я отказался. Хотя признаюсь, искушение было. Колоссальное преображение слабого магического дара Бьерна в мощный источник энергии произвело сильное впечатление.
— Но становится рогатым не самая лучшая затея, — задумчиво проронил я и поправил лямки мешка за спиной, двигаясь по имперскому тракту.
В конечном итоге, после еще нескольких дней пути и ночевок под открытым небом, мне удалось добраться до небольшой деревеньки, где жители пусть и неохотно, но продали чалую крестьянскую лошадку, с которой путешествие пошло гораздо веселей.
Я все так же тренировался в пути, чередуя магические практики и физические занятия, оттачивая мастерство применения заклинаний и развивая тело в унисон с пылающей внутри силой Средоточия Сумеречного Круга.
Осень в этих местах действительно оказалась мягкой, скорее напоминая холодное лето, нежели преддверие зимы. Дожди если и лили, то недолго, не превращаясь в сплошные ливни, что, значительно облегчало путь.
Примерно на девятый день после посещения деревеньки начали появляться обжитые края, на дороге все чаще попадались крестьянские подводы, вдоль тракта встречались, как небольшие деревеньки, размером с хутор, так и крупные села под сотню основательных изб.
Топот копыт по выложенным в имперском тракте булыжникам догнал, когда солнце висело высоко в ясном небе. Я оглянулся, заметив, как позади быстро нагоняет отряд. Оружные и в доспехах, всадники ехали уверенно, чувствуя себя хозяевами жизни. Я посторонился, не желая ввязываться в очередную историю.
— С дороги, смерд, — властно бросил едущий в голове группы лидер, хотя я и так прижал свою смирную лошадку к самому краю дороги. Но услышав крик, послушно взял еще в сторону, почти съезжая на поле с пожухлой травой.
Не помогло, всадник вдруг натянул повод, останавливаясь. Другие конные сгрудились за его спиной. Было их около десятка, в основном в легких кожаных доспехах, из оружия мечи, копья и топоры. К седлам парочки приторочены изогнутые луки.
Вожак одет более представительно, стальной нагрудник, плащ на плечах, эфес клинка, выглядывающего из ножен хорошей выделки, но не более.
